Следующий хадис — 2359-й.
❖ Хадис № 2359 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٦١١٩] ١٣٤ — (٢٣٥٩) حَدَّثَنَا مَحْمُودُ بْنُ غَيْلَانَ، وَمُحَمَّدُ بْنُ قُدَامَةَ السُّلَمِيُّ، وَيَحْيَى بْنُ مُحَمَّدٍ اللُّؤْلُؤِيُّ، وَأَلْفَاظُهُمْ مُتَقَارِبَةٌ، قَالَ مَحْمُودٌ: حَدَّثَنَا النَّضْرُ بْنُ شُمَيْلٍ، وقَالَ الْآخَرَانِ: أَخْبَرَنَا النَّضْرُ، أَخْبَرَنَا شُعْبَةُ، حَدَّثَنَا مُوسَى بْنُ أَنَسٍ، عَنْ أَنَسِ بْنِ مَالِكٍ، قَالَ: بَلَغَ رَسُولَ اللهِ ﷺ عَنْ أَصْحَابِهِ شَيْءٌ فَخَطَبَ فَقَالَ: «عُرِضَتْ عَلَيَّ الْجَنَّةُ وَالنَّارُ، فَلَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ، وَلَوْ تَعْلَمُونَ مَا أَعْلَمُ لَضَحِكْتُمْ قَلِيلًا وَلَبَكَيْتُمْ كَثِيرًا» قَالَ: فَمَا أَتَى عَلَى أَصْحَابِ رَسُولِ اللهِ ﷺ يَوْمٌ أَشَدُّ مِنْهُ، قَالَ: غَطَّوْا رُءُوسَهُمْ وَلَهُمْ خَنِينٌ، قَالَ: فَقَامَ عُمَرُ فَقَالَ: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ نَبِيًّا. قَالَ: فَقَامَ ذَاكَ الرَّجُلُ فَقَالَ: مَنْ أَبِي؟ قَالَ: «أَبُوكَ فُلَانٌ». فَنَزَلَتْ: {يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُوا لَا تَسْأَلُوا عَنْ أَشْيَاءَ إِنْ تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ} [المائدة: ١٠١].
От Анаса ибн Малика: до Посланника Аллаха ﷺ дошло кое-что о его сподвижниках, и он обратился с хутбой, с проповедью, и сказал: «Был показан мне Рай и был показан ад. И я не видел какого-либо зрелища, подобного сегодня в отношении добра и в отношении зла. Если бы вы знали то, что знаю я, то мало бы смеялись и много плакали». И не было дня более тяжёлого для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, чем этот день: они покрыли свои головы и издавали тихий плач через нос. Затем поднялся ‘Умар и сказал: «Мы довольны Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как пророком». Затем поднялся тот мужчина и спросил: «Кто мой отец?» Посланник Аллаха ﷺ ответил: «Твой отец такой-то». И тогда был ниспослан аят: «О вы, которые уверовали, не спрашивайте о вещах, которые, если они откроются для вас, то огорчат вас» (Аль-Маида, 5:101).
Иснад
Говорит имам Муслим: حَدَّثَنَا مَحْمُودُ بْنُ غَيْلَانَ — «рассказал нам Махмуд ибн Гайлан» — аль-Марвази, год смерти — 239-й, надёжный передатчик.
وَمُحَمَّدُ بْنُ قُدَامَةَ السُّلَمِيُّ — «и Мухаммад ибн Кудама ас-Сулями», тоже аль-Марвази. وَيَحْيَى بْنُ مُحَمَّدٍ اللُّؤْلُؤِيُّ — «и Яхья ибн Мухаммад аль-Лу’лу’и». Яхья ибн Мухаммад — тоже аль-Марвази, потом аль-Бухари, то есть сначала жил в Марве, потом в Бухаре, год смерти — 257-й. وَأَلْفَاظُهُمْ مُتَقَارِبَةٌ — «и их версии близки друг к другу».
Махмуд сказал: قَالَ مَحْمُودٌ: حَدَّثَنَا النَّضْرُ بْنُ شُمَيْلٍ — «рассказал нам ан-Надр ибн Шумайль». Ан-Надр ибн Шумайль аль-Мазини, аль-Басри, аль-Марвази, год смерти — 204-й, надёжный передатчик.
Двое других сказали: أَخْبَرَنَا النَّضْرُ، أَخْبَرَنَا شُعْبَةُ — «сообщил нам ан-Надр, сообщил нам Шу‘ба». Шу‘ба ибн аль-Хаджжадж, аль-Васити, аль-Басри, год смерти — 160-й, известен как «Амир аль-му’минин фи-ль-хадис», предводитель верующих в хадисе.
حَدَّثَنَا مُوسَى بْنُ أَنَسٍ — «рассказал нам Муса ибн Анас»: сын Анаса ибн Малика, надёжный передатчик. عَنْ أَنَسِ بْنِ مَالِكٍ — «от Анаса ибн Малика». Это Анас ибн Малик, и он сказал:
Разъяснение
Дошло до Посланника Аллаха ﷺ кое-что о его сподвижниках. И он обратился с хутбой, с проповедью, и сказал:
عُرِضَتْ عَلَيَّ الْجَنَّةُ وَالنَّارُ، فَلَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ، وَلَوْ تَعْلَمُونَ مَا أَعْلَمُ لَضَحِكْتُمْ قَلِيلًا وَلَبَكَيْتُمْ كَثِيرًا
— «Был показан мне Рай и был показан ад. И я не видел какого-либо зрелища, подобного сегодня в отношении добра и в отношении зла. Если бы вы знали то, что знаю я, то мало бы смеялись и много плакали».
И говорит Анас: не было дня более тяжёлого для сподвижников Посланника Аллаха ﷺ, чем этот день. Они закрыли свои головы и издавали тихий плач через нос.
Затем поднялся ‘Умар и сказал: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ نَبِيًّا — «Мы довольны Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как пророком».
Затем поднялся тот мужчина и спросил: مَنْ أَبِي — «Кто мой отец?» Посланник Аллаха ﷺ ответил: أَبُوكَ فُلَانٌ — «Твой отец такой-то». И тогда был ниспослан аят:
يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُوا لَا تَسْأَلُوا عَنْ أَشْيَاءَ إِنْ تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ
(Аль-Маида, 5:101).
В хадисе Анаса сказано: дошло кое-что до Посланника Аллаха ﷺ о его сподвижниках, — то есть кое-что, что не понравилось Пророку ﷺ и в отношении чего он выразил порицание.
В версии этого хадиса, которую Анас передаёт от Катады, упоминается подробность: люди начали задавать вопросы Посланнику Аллаха ﷺ и проявили настойчивость в вопросах, سَأَلُوا نَبِيَّ اللهِ ﷺ حَتَّى أَحْفَوْهُ بِالْمَسْأَلَةِ — и это утомило Пророка ﷺ.[1]
Некоторые учёные говорят, что то, что дошло до Пророка ﷺ о его сподвижниках, относилось к тем, кто считался среди сподвижников, но на самом деле вера ещё не укрепилась у них.
Некоторые из них, которые внешне считались из сподвижников, задумали испытать Пророка ﷺ и задать ему много разных вопросов, чтобы проверить, сможет ли он ответить на них, и чтобы Пророк ﷺ, возможно, не смог ответить на эти вопросы.
Среди тех, кто находился среди сподвижников, но не был таковым, были люди, которые внешне показывали, что они мусульмане, а на самом деле в сердцах были неверующими, то есть были мунафики (الْمُنَافِق), лицемеры. Были такие люди, которые на самом деле противились Пророку ﷺ, противились Исламу.
Они хотят затушить свет Аллаха своими устами. Но Аллах отказывается от всего, кроме того, чтобы довести до полноты Свой свет, даже если это неверным не нравится. (Ат-Тауба, 9:32)[2]
Когда Пророк ﷺ понял, какова их цель, зачем эти люди задают так много вопросов, он сказал им на этом собрании, которое здесь описывается:
سَلُونِي، لَا تَسْأَلُونِي عَنْ شَيْءٍ إِلَّا بَيَّنْتُهُ لَكُمْ
— «Спрашивайте меня, спрашивайте меня! Клянусь Аллахом, о чём бы вы меня сейчас ни спросили, я вам об этом сообщу. Обо всём, о чём вы спросите, вам будет сообщено».
Этим людям будет сообщено, понравится им это или не понравится то, что им будет сообщено, но обо всём, о чём они спросят, им будет сообщено. И поэтому Всевышний Аллах ниспослал этот аят:
يَٰٓأَيُّهَا ٱلَّذِينَ ءَامَنُوا۟ لَا تَسْـَٔلُوا۟ عَنْ أَشْيَآءَ إِن تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ وَإِن تَسْـَٔلُوا۟ عَنْهَا حِينَ يُنَزَّلُ ٱلْقُرْءَانُ تُبْدَ لَكُمْ عَفَا ٱللَّهُ عَنْهَا ۗ وَٱللَّهُ غَفُورٌ حَلِيمٌۭ
— «Вы, которые уверовали, не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, то огорчат вас. А если вы спросите о них тогда, когда низводится Коран, то они откроются вам. То есть Аллах откроет ответы в откровении. Аллах простил эти вещи», то есть Аллах умолчал об этих вещах: «Это во благо вам. Не доискивайтесь до них. Аллах — Прощающий, Сдержанный» (Аль-Маида, 5:101).[3]
Аллах, Пречист Он и Возвышен, в этом аяте воспитывает верующих, чтобы они отказались от каких-то вопросов, которые не являются важными и не нужны.
И когда сподвижники услышали это, они отказались от того, чтобы спрашивать Пророка ﷺ о чём-то, если только у них не было действительной нужды спросить об этом.
Только когда была нужда, когда у человека возникала ситуация, при которой нужно было спросить, тогда только спрашивали Пророка ﷺ. Как Анас об этом рассказывает — мы вчера с вами упоминали, — нам было запрещено спрашивать Посланника Аллаха ﷺ о чём-то. И поэтому нам нравилось, когда приезжал в Медину какой-то умный человек, не из жителей Медины, а из бедуинов, и спрашивал вопросы, потому что им было разрешено спрашивать Пророка ﷺ, а мы слушали.[4]
Здесь есть удивительная вещь. Если задуматься: Посланник Аллаха ﷺ находится среди сподвижников. У каждого из них наверняка есть какой-то вопрос, или два вопроса, или больше, разные, то, что называется масаиль. А это как? А то как? Разные вопросы, у кого-то меньше, у кого-то больше. Несмотря на это, посмотрите, сколько вопросов было ими задано. Можно ли их пересчитать? Например, «ясалюнака» — «спрашивают тебя об этом».
Им вообще было запрещено спрашивать, как мы сказали, если только не возникала у человека ситуация, при которой он был вынужден спросить у Пророка ﷺ. А почему так? Почему Пророк ﷺ не приветствовал от них большого количества вопросов? Наверняка у всех них есть что спросить. Приходят в голову разные вопросы, но Аллах им запрещает. Пророк ﷺ предостерегает от многочисленных вопросов.
Это почему? Потому что Пророк ﷺ хочет сформировать в них понимание основ, правил, чтобы у них сформировались усуль, то есть основные принципы религии и её правил. Пророк ﷺ учит их, что не нужно много спрашивать разных вопросов, не отвлекайте себя разными отдельными вопросами, не теряйте на это время.
Но что делать? Выучите, поймите принципы, усуль, основные правила. И вот так у тебя соберётся большое количество текстов из Корана и Сунны.
Возьми Коран, изучай Коран, понимай Коран, постигай его смыслы, размышляй над этими смыслами, изучай, что говорят учёные о смыслах и о тафсире аятов Корана, разъясняя, что означают хадисы Пророка ﷺ. И если ты будешь вот так изучать Коран с пониманием его, изучать Сунну, хадисы с пониманием их, у тебя накопится большой багаж, и сформируется представление о многих вопросах.
Почему так? Тебе не нужно будет на каждый вопрос отдельно искать ответ, потому что у тебя будут общие правила и принципы: принципы в тех доводах, которые ты изучил с пониманием учёных. И ты найдёшь там ответ на многие вопросы, с которыми столкнёшься, если будешь изучать так Коран и Сунну. Это то, о чём мы говорили с вами вчера.[5]
Сподвижники не спрашивали и спрашивали мало. И было даже запрещено спрашивать о разных отдельных вопросах, если только не возникала нужда, как мы сказали. А чему учил их Пророк ﷺ? Учил Корану, учил Сунне, формировал у них понимание принципов и правил Шариата. Возникает вот этот багаж из доводов с пониманием правил Шариата.
И потом, когда человек сталкивается с отдельными, разрозненными вопросами, у него уже есть ответы. Потому что ты не можешь на каждый отдельный вопрос спрашивать и искать ответ. Без чего? Без того, чтобы у тебя не было каких-то принципов. Вопросы объединяются в группы: этот вопрос подчинён такому-то правилу Шариата, тот вопрос подчинён такому-то правилу Шариата.
Вот так воспитывал их Пророк ﷺ. Поэтому пусть именно твоё усердие будет направлено на это, пусть это тебя заботит, как сказал Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах):
مَنْ أَرَادَ الْعِلْمَ فَلْيُثَوِّرِ الْقُرْآنَ؛ فَإِنَّ فِيهِ عِلْمَ الْأَوَّلِينَ وَالْآخِرِينَ
— «Кто хочет знания, пусть тщательно изучает Коран, исследует его, тщательно изучает Коран, ибо в нём знание первых и последних».[6] В нём знание первых и последних.
Поэтому не нужно изучать именно разрозненные, раздробленные вопросы, доискиваться до многих разных вопросов по отдельности. А что является основой? Основой является то, что ты, изучая Коран и Сунну с пониманием Корана и Сунны, увидишь, как через это изучение придёт к тебе решение многих вопросов и ответ на многие-многие вопросы через Книгу Аллаха и Сунну Посланника Аллаха ﷺ. Ты найдёшь ответы на эти вопросы.
Поэтому здесь мы видим побуждение, и если тонко задуматься об этих хадисах, мы видим здесь побуждение изучать религию таким способом: брать ан-нусус аш-шар‘ийя, то есть тексты Шариата, постигать их из Корана и Сунны, брать побольше этих текстов вместе с их пониманием и разъяснением. Потому что в этом есть ильм, знание, и в них сосредоточены усуль, правила, основные принципы, через которые ты потом найдёшь ответ на любой вопрос, который возникнет перед тобой.
Потому что есть ответ на всё в Книге Аллаха и в Сунне Пророка ﷺ. Либо прямой ответ на какой-то вопрос, либо дано общее правило, зная которое, ты найдёшь ответы на разные вопросы. Либо есть подобные вопросы: пусть о нём конкретно не сказано, но сказано о подобном этому вопросе, и ты найдёшь ответ. Поверь, это и есть основной принцип.
То есть не так, что один встаёт и спрашивает: можно есть морковку? Можно. А можно свёклу? Можно. А можно лук? Можно. А можно огурец? Сколько таких вещей, каждую по отдельности не нужно изучать. Огурец можно, лук можно. Ты знаешь правила: Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит, что Он создал для вас всё, что есть на земле.[7] Знаешь доводы, указывающие на то, что основа в вещах — дозволенность. И тебе не нужно изучать отдельно вопрос моркови, вопрос огурца, вопрос лука и так далее.
Спросили шейха аль-Ислама Ибн Таймию (да помилует его Аллах): достаточно ли текстов Корана и Сунны, чтобы ответить на религиозные вопросы, освещая то, в чём нуждаются люди? Или, как говорят некоторые, тексты Корана и Сунны не освещают даже одну десятую часть вопросов. Это невежество, сказал шейх аль-Ислам Ибн Таймия. Кто так говорит, тот невежда, потому что тексты Корана и Сунны охватывают собой всё.
Всё, что нужно людям, покрывается тем знанием, которое есть в Коране и в Сунне. Ты найдёшь в текстах Шариата либо прямое освещение именно этого вопроса, либо в текстах Корана и Сунны найдёшь асль (الْأَصْل) и кайда (الْقَاعِدَة), то есть правило, принцип из шариатских правил, под который подпадает множество отдельных вопросов.
Сказано, что когда Пророк ﷺ сказал: «Спрашивайте меня, о чём бы вы ни спросили, на это вы получите ответ», встал один человек и спросил: «Кто мой отец?» Пророк ﷺ сказал: «Твой отец такой-то». Тогда был ниспослан аят:
يَٰٓأَيُّهَا ٱلَّذِينَ ءَامَنُوا۟ لَا تَسْـَٔلُوا۟ عَنْ أَشْيَآءَ إِن تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ
— «О вы, которые уверовали, не спрашивайте о вещах, которые, если они откроются для вас, то огорчат вас» (Аль-Маида, 5:101).
Здесь две вещи имеются в виду: этот аят охватывает две вещи. Он касается религиозных вопросов во время ниспослания откровения, когда был жив Пророк ﷺ: кто-то мог задать какой-то вопрос, и какая-то вещь, которая не была харамом, могла стать харамом — могло быть ниспослано откровение, запрещающее эту вещь, по причине его вопроса. Аллах умолчал об этом: не доискивайся, не спрашивай. Из-за того, что ты доискиваешься и спрашиваешь, это становится запрещённым для тебя и для всей уммы. Ты стал причиной отягощения. Или, наоборот, человек задаёт вопрос, и то, что было необязательным, становится обязательным.
Во время Пророка ﷺ не нужно было спрашивать об этих вещах, если Аллах умолчал о них. Слава Аллаху. Значит, это простительно. Что ещё сюда входит? Сюда входит также спрашивать о вещах, которые касаются мирских, каких-то личных вопросов человека. В то время, когда был Пророк ﷺ, было актуально не спрашивать и не доискиваться. Как один человек спросил Посланника Аллаха ﷺ: «Где я буду, куда я войду?» — и получил ответ: «Войдёшь в ад». Тогда Пророк ﷺ отвечал на основе откровения.
Сейчас это актуально? Актуально в каком смысле? Доходит до тебя, например, что кто-то про тебя сказал не так, плохо о тебе высказался. Не надо расспрашивать, не надо доискиваться, сказал ли он на самом деле так, что именно он сказал и как сказал. Почему? Потому что ты, может быть, узнаешь на самом деле, что он сказал, как и где сказал, и тебя это только огорчит и приведёт к фитне, к смуте, к разногласиям, к разрыву отношений. Не доискивайся до этих вещей. Слава Аллаху, Который избавил тебя от знания об этом. И думай хорошо о своём брате, не надо доискиваться и вести расследование. Этот аспект касается и нашей ситуации тоже.
Люди доискиваются до каких-то вещей, а, узнав их, только расстраиваются и огорчаются, и становится им хуже. Поэтому не надо доискиваться до этих вещей. Этот человек, который задал вопрос «кто мой отец», — дальше будет сказано, кто это: ‘Абдуллах ибн Хузафа ас-Сахми. Он встал и спросил, кто его отец. И Пророк ﷺ сказал ему: «Твой отец — Хузафа».
Почему задают такой вопрос, «кто мой отец»? Потому что он отличался цветом кожи от своего отца, и это давало повод некоторым людям сомневаться в его происхождении, в том, что он действительно сын своего отца. Его задевали некоторые люди, и поэтому этот вопрос был для него болезненным, и в его душе было переживание по этому поводу.
Он спросил Пророка ﷺ, и Пророк ﷺ сказал, что отец его — Хузафа. Но откуда Пророк ﷺ это знает? Аллах сообщил ему в откровении, потому что Пророк ﷺ говорит: о чём бы вы сейчас ни спросили, получите ответ. Не потому, что Пророк ﷺ знает сокровенное, нет, а потому, что Аллах откроет ему в откровении.
Мать его высказала упрёк и сказала: «Я не видела более непочтительного сына, чем ты. Ты спрашиваешь Пророка ﷺ о таких вещах! Если бы твоя мать совершила во времена джахилии какие-то из тех вещей, которые совершали женщины времён джахилии, и ты, получается, опозорил бы меня перед всеми людьми». На что он сказал: لَوْ أَلْحَقَنِي بِعَبْدٍ أَسْوَدَ — «даже если бы он приписал меня к чёрному рабу, я бы согласился с этим и приписал бы себя к этому отцу».
Но для чего это здесь приводится? Чтобы указать, что подобные вопросы — ошибка. Подобные вопросы не нужно задавать, человеку не нужно задавать вопросы, в которых есть подвержение сомнению чего-то. Слава Аллаху, как есть, так и есть. Не нужно докапываться и доискиваться, потому что может открыться тебе что-то, что будет хуже, и для тебя это будет тяжело.
Здесь тот же самый хадис, на самом деле: другой человек задал вопрос, где он будет и куда войдёт, и получил ответ: войдёшь в ад. Хотели получить ответы — получайте ответы. Пророк ﷺ воспитывает их: не нужно спрашивать лишние вопросы, не нужно спрашивать о вещах, которые откроются вам и огорчат вас. Не нужно утомлять Пророка ﷺ, проявлять эту настойчивость, доискиваться до вещей, в которых нет пользы.
Это версия у аль-Бухари, у Муслима этой версии нет. В одной из версий этого хадиса у аль-Бухари сказано, что люди стали плакать, и очень сильно плакать. А Пророк ﷺ продолжал говорить: «Спрашивайте, спрашивайте, спрашивайте».[8]
И один человек встал и сказал: أَيْنَ مَدْخَلِي يَا رَسُولَ اللَّهِ — «Куда я войду, о Посланник Аллаха?» Пророк ﷺ сказал: النَّارُ — «В огонь». Смотрите, к чему приводят ненужные и лишние вопросы и чем они оборачиваются.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) говорит: в этом хадисе — указание на то, что Рай и ад уже созданы, они уже существуют.[9]
Пророк ﷺ говорит: я не видел такого добра и такого зла, какие видел в этот день. То есть Пророк ﷺ не видел большего блага, чем то, которое было ему показано в этот день из райских наслаждений, и не видел большего зла, более страшного, чем то, что было показано ему в этот день из ада.
Поэтому он говорит: если бы вы видели то, что видел я, если бы вы знали то, что знаю я, из того, что я увидел сегодня и до этого, то поистине охватил бы вас великий страх. И вы тогда очень мало бы смеялись и много бы плакали.
Сказано «ляу» (وَلَوْ) — «если бы»: «если бы вы знали то, что знаю я». Значит, употребление частицы «ляу», «если бы», не всегда запрещено. Если бы вы знали то, что знаю я, вы бы много плакали и мало смеялись. Проблем здесь нет.
Когда «ляу» запрещено? Когда человек говорит это, выражая недовольство тем, что случилось, тем, что предопределено Аллахом, возражая предопределению: «Если бы я не пошёл туда, то не случилось бы со мной то-то и то-то». «Если бы я купил тогда, было бы так-то». Человек сокрушается, возмущается, выражает недовольство предопределением Аллаха. Вот эта «ляу» запрещена: она открывает дверь для шайтана.[10]
А как она применяется здесь, то это дозволено. Здесь сказано: غَطَّوْا رُءُوسَهُمْ وَلَهُمْ خَنِينٌ — сподвижники покрыли свои головы и стали издавать ханин.
Что такое ханин (الْخَنِين)? Ханин — это плач, то есть звук плача называется ханин. Но это не такой плач, который сопровождается громкими рыданиями. Нет, это тихий плач, без громких рыданий. Ханин вообще — это звук, который выходит через нос.[11]
В отличие от ханин (الْحَنِين), где не та буква, а другая: тот выходит через рот, а ханин (الْخَنِين) выходит через нос. То есть это такой плач, тихий, не такой, в котором громкие рыдания. Он выходит через нос человека, то есть в этом плаче есть гунна, назальность. Вот это по-арабски и называется ханин.
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: Аль-Бухари поместил это в главу о прибегании к Аллаху за защитой от фитны (الْفِتْنَة), от разных смут и искушений.[12] Потому что после тех слов, которые приводятся в этой версии, Пророк ﷺ ещё попросил у Аллаха защиты от фитны, защиты от смут, искушений. Человеку нужно прибегать к Аллаху от фитны, от смут, от искушений. Нам приказано просить защиты от искушений, от фитн, от смут в каждом намазе.
Пророк ﷺ сказал: когда кто-то из вас прочтёт ташаххуд — ташаххуд включает в себя и «ат-тахият», и «ас-салят аль-Ибрахимия»: «Аллахумма салли ‘ала Мухаммад, ва барик ‘ала Мухаммад», — то пусть прибегает к Аллаху от четырёх вещей:
اللهُمَّ إِنِّي أَعُوذُ بِكَ مِنْ عَذَابِ جَهَنَّمَ، وَمِنْ عَذَابِ الْقَبْرِ، وَمِنْ فِتْنَةِ الْمَحْيَا وَالْمَمَاتِ، وَمِنْ شَرِّ فِتْنَةِ الْمَسِيحِ الدَّجَّالِ
— «О Аллах, я прибегаю к Тебе от мучений ада, и от мучений могилы, и от искушений земной жизни и смерти, и от зла искушений Масиха Даджаля».[13]
Искушение (фитна), может возникнуть и постичь человека либо по причине того, что называется шубха (الشُّبْهَة), то есть какой-то неясности, какого-то сомнения, неправильного представления, из-за чего истина для него становится запутанной и неясной, и он её не знает. По этой причине может быть искушение: по причине шубха — незнания, непонимания, неправильного представления. А может быть по причине хава (الْهَوَى), по причине страсти: когда у человека есть страсть, какое-то желание, которое захватывает его, из-за чего он совершает ошибку, совершает грех. Хотя он знает, что он ошибается, он знает, что это неправильно. В отличие от первого: у первого есть путаница, а у этого путаницы нет. Он понимает, что это неправильно, но им завладела страсть, желание — хава. И вследствие этого он допускает эту ошибку.
Получается, первое, фитна, связано с вопросом знания, точнее — с неправильным знанием человека. А второе связано с намерением человека: он знает, но из-за своей страсти, меняя свои намерения, поступает неправильно. Человек оказывается между этими двумя вещами. Если человек подвергается смуте, фитне, искушению в этом мире, то обязательно только по этим двум причинам: либо джахль (الْجَهْل), незнание, шубха, неправильное представление, либо хава, страсть.
Незнание не всегда является оправданием. Оно может быть оправданием тогда, когда человек стремится узнать, прилагает искренние усилия, все силы, чтобы узнать, но знание до него не дошло. Тогда это уважительная причина. А если человек не знает и не стремится узнать на самом деле, то такое незнание — не уважительная причина.
Две причины фитны, и только между этими двумя вещами человек бывает подвергнут фитне: либо джахль, незнание, неправильное представление, либо хава, страсть, пристрастие человека. Ты видишь, как человек, находясь в невежестве, совершает что-то, и даже не знает, что это ошибка. И видишь, как по причине страсти человек совершает ошибку, при этом он знает, что это ошибка, что это неправильно. Обе эти вещи — если Аллах не защитит тебя от них, ты погибнешь.
Обе эти смуты страшны. Но страшнее из них — хава, страсть: когда человек знает, но всё равно поступает в соответствии со своей страстью, а не в соответствии с тем знанием, которое у него есть. Поэтому те, которые подверглись искушению фитны по причине хава, по причине страсти, относятся к ٱلْمَغْضُوبِ عَلَيْهِمْ, к тем, на кого гнев. Когда мы читаем Фатиху, мы говорим: غَيْرِ ٱلْمَغْضُوبِ عَلَيْهِمْ — «не веди нас путём тех, на которых гнев Твой» (Аль-Фатиха, 1:7).[14] Кто такие «под гневом Твоим»? Те, которые знают, но из-за своей страсти поступают по-другому. А вторые — заблудшие, это те, которые ошибаются из-за своего невежества. Первые ещё хуже, чем вторые.
В этом хадисе шейх Ибн ‘Усаймин приводит довод на то, что человеку не нужно проявлять чрезмерную настойчивость в вопросах, особенно во времена Пророка ﷺ. Пророк ﷺ был мушаррий, то есть тот, через кого устанавливался Шариат. И могло быть так, что какая-то вещь стала бы запрещённой по причине вопроса человека. А если по причине вопроса человека что-то стало харамом, то такой человек совершает наибольшее преступление, о котором мы вчера с вами говорили.[15]
После смерти Пророка ﷺ тоже не следует проявлять такую настойчивость в вопросах, говорит шейх Ибн ‘Усаймин, за исключением двух случаев. Первый случай: когда с человеком действительно что-то случилось, обрушилась на него какая-то проблема, или он реально ожидает, что это случится, есть реальные предпосылки, и он спрашивает об этом настойчиво и ищет ответ, потому что он находится в этой ситуации. Он исключение. Второй случай: человек, который изучает религиозное знание, талиб (طَالِب), искатель знания, учёный. Он исследует, спрашивает, чтобы получить знание о вещах, которые случаются с людьми, о проблемах, с которыми они сталкиваются, о религиозных вопросах, чтобы иметь возможность помочь им ответить на их вопросы. Получается: первый нуждается в этих вопросах для себя, а второй, кто исключён, нуждается в них для других, для интересов других.
Когда другие стали проявлять настойчивость в вопросах к Пророку ﷺ, у него, по всей видимости, возникло опасение, что эта многочисленность вопросов вызвана наличием каких-то сомнений. Как мы с вами сказали, некоторые говорят, что так задумали некоторые из тех, у кого иман ещё не проник в сердце, ещё не было настоящего имана, или это были лицемеры, которые решили закидать вопросами, чтобы Пророк ﷺ оказался в таком положении, что будет бессилен ответить, — как проверка.
И вот, когда стали так задавать многочисленные вопросы, Пророк ﷺ словно бы испугался, что не является ли какое-то сомнение причиной этих вопросов. И поэтому он разгневался, поднялся на минбар и сказал:
فَوَاللهِ لَا تَسْأَلُونَنِي عَنْ شَيْءٍ إِلَّا أَخْبَرْتُكُمْ بِهِ
— «О чём бы вы сегодня ни спросили меня, я вам разъясню».
Эти слова были по сути вызовом со стороны Пророка ﷺ. Это было не благодушное предложение спрашивать и получать ответы. Это то, что называется по-арабски тахаддин, то есть вызов. Вызов людям, потому что они проявили такую настойчивость и утомили Пророка ﷺ своими вопросами, поэтому он произнёс эти слова.
И люди по-настоящему стали упрекать самих себя. Каждый опустил голову, закрыл свою голову одеждой и стал плакать. Умар увидел, что происходит с людьми, как люди сожалеют о том, что сделали, как поступили в отношении Пророка ﷺ. Это было сожаление. Пророк ﷺ сказал: о чём бы вы сегодня ни спросили, обязательно разъясню. И один человек решил воспользоваться этими словами Пророка ﷺ, чтобы задать вопрос о том, кто его отец. Почему? Потому что некоторые утверждали, что он не сын своего отца: приписывали его не к его отцу, говорили, что он на самом деле не сын такого-то, а сын другого. Поэтому он спросил: кто мой отец? И Пророк ﷺ ответил: أَبُوكَ حُذَافَةُ — «Твой отец — Хузафа».
Пророк ﷺ сообщил ему о том, кто его отец, посредством вахи — откровения, полученного от Аллаха. Сам Пророк ﷺ не мог знать об этом, кто истинный отец человека.
А затем начал говорить ‘Умар и произнёс такие слова, с которыми не мог не согласиться никто и которые не мог оспорить никто. Он сказал: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ رَسُولًا, وَبِمُحَمَّدٍ نَبِيًّا — «Мы довольны Аллахом как Господом, и Исламом как религией, и Мухаммадом как посланником или как пророком».
Что означали эти слова ‘Умара? Мы не будем ни о чём спрашивать, мы не будем спрашивать о посланниках Аллаха. Мы довольны Аллахом как Господом: какие решения Он вынесет в отношении нас, какие установления установит, какие хукмы установит — мы со всем этим согласны, мы этим довольны. Мы довольны Исламом как религией и не выйдем за его грани. Мы довольны Мухаммадом как посланником: то есть он провозгласил такие принципы, которые требуются от каждого мусульманина. Это довольствие Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как посланником. И сказал также ‘Умар: عَائِذًا بِاللهِ مِنْ سُوءِ الْفِتَنِ — прибегаем к Аллаху от искушений.
Он испугался того, что эти вопросы, которыми утомили Пророка ﷺ, тоже входят в фитны, в смуту и искушение. И по этой причине могут обрушиться на людей какие-то вещи, которых они не ожидали. Затем Пророк ﷺ сказал: لَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ قَطُّ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ — «Я не видел из добра и зла чего-то подобного тому, что увидел сегодня». Никогда. Почему? Потому что действительно увидел великие вещи. Однажды, когда было затмение, — мы с вами проходили этот хадис, — Пророку ﷺ тоже были показаны Рай и ад.[16]
Но это другой случай. Когда Пророк ﷺ увидел Рай и ад во время намаза аль-кусуф, намаза затмения, он увидел их прямо перед собой. Когда он увидел ад, то попятился назад, боясь, что обожжёт его адский огонь. А когда увидел Рай, пошёл вперёд, приблизился и захотел даже сорвать виноград оттуда, из Рая, но не сделал этого. А здесь Пророк ﷺ говорит: мне были показаны Рай и ад, и я увидел их فَرَأَيْتُهُمَا دُونَ هَذَا الْحَائِطِ — за этой стеной, فِي عُرْضِ هَذَا الْحَائِطِ — или в стороне этой стены. Получается, что не так, как было в намазе затмения, когда прямо перед собой увидел это Пророк ﷺ.
Следующая версия этого хадиса.
Версия хадиса
[٦١٢٠] ١٣٥ — (…) وَحَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ مَعْمَرِ بْنِ رِبْعِيٍّ الْقَيْسِيُّ، حَدَّثَنَا رَوْحُ بْنُ عُبَادَةَ، حَدَّثَنَا شُعْبَةُ، أَخْبَرَنِي مُوسَى بْنُ أَنَسٍ، قَالَ: سَمِعْتُ أَنَسَ بْنَ مَالِكٍ، يَقُولُ: قَالَ رَجُلٌ: يَا رَسُولَ اللهِ مَنْ أَبِي؟ قَالَ: «أَبُوكَ فُلَانٌ» وَنَزَلَتْ: {يَا أَيُّهَا الَّذِينَ آمَنُوا لَا تَسْأَلُوا عَنْ أَشْيَاءَ إِنْ تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ} [المائدة: ١٠١] تَمَامَ الْآيَةِ.
От Анаса ибн Малика: некий человек сказал: «О Посланник Аллаха, кто мой отец?» — «Твой отец — такой-то». И было ниспослано: «Вы, которые уверовали, не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, огорчат вас» и до конца аята (Аль-Маида, 5:101).
Иснад
Говорит имам Муслим: وَحَدَّثَنَا مُحَمَّدُ بْنُ مَعْمَرِ بْنِ رِبْعِيٍّ الْقَيْسِيُّ — «рассказал нам Мухаммад ибн Ма‘мар ибн Риб‘и аль-Кайси»; حَدَّثَنَا رَوْحُ بْنُ عُبَادَةَ — «рассказал нам Раух ибн ‘Убада»; حَدَّثَنَا شُعْبَةُ — «рассказал нам Шу‘ба»; أَخْبَرَنِي مُوسَى بْنُ أَنَسٍ — «сообщил мне Муса ибн Анас».
Муса ибн Анас говорит: سَمِعْتُ أَنَسَ بْنَ مَالِكٍ، يَقُولُ — «я слышал, как Анас ибн Малик говорил». Муса ибн Анас передаёт от своего отца, Анаса ибн Малика.
Разъяснение
Шейх Ибн ‘Усаймин продолжает разъяснение этого хадиса. То, что мы сейчас прочли, — это версия хадиса, дополнение к тому, что было сказано до этого. Ханин — это тихий такой стон, плач, но через нос.
В некоторых версиях сказано ханин (حَنِين), а не ханин (خَنِين).[17] То есть всё это разновидности тихого плача. В этом хадисе, говорит шейх Ибн ‘Усаймин, есть довод на то, какими мягкими, восприимчивыми были сердца сподвижников Пророка ﷺ. Когда Пророк ﷺ сказал им: «Если бы вы знали то, что знаю я, вы мало бы смеялись и много бы плакали», посмотрите, какое воздействие это на них произвело.
Они стали плакать, и они закрыли свои головы от того, что много плакали. Вот так сердца верующих бывают мягкими. Если их увещевают, сердца воспринимают, подвергаются воздействию, и видно по ним, что на них это влияет. А если сердца чёрствые, жёсткие, как камни, или тверже камней, на них не оказывает воздействия увещевание. Ты ему рассказываешь про ад и про Рай, а он как сидел, так и сидит. Не вздрагивает его сердце, когда рассказывают об ужасах ада, и не преисполняется оно томлением по Раю, когда ему говорят о наслаждениях Рая.
Да упасёт нас Аллах, Пречист Он и Возвышен. Если ты это слышишь — про ад и про Рай — и не испытываешь никакого воздействия, задумайся: с твоим сердцем что-то происходит, твоё сердце умирает.
Братья, мы все это изучаем для чего? Зачем ты изучаешь фа‘иль, маф‘уль? Для чего мы изучаем какие-то прикладные науки? Это сама цель вообще? Это не сама цель. Не дай Аллах нам перепутать цель и средство. Это просто средство, чтобы узнать язык, на котором ниспослано откровение от Аллаха, Пречист Он и Возвышен, Коран и Сунна, чтобы это помогло нам понимать, изучать религию Аллаха. Для чего? Для того, чтобы выполнить свою миссию. Цель твоего сотворения — поклоняться Всевышнему Аллаху, а потом войти в Его Рай, в Его обитель. Это твоя цель, не забывай о ней.
Некоторые люди начинают изучать фа‘иль, маф‘уль, маф‘уль, фа‘иль, ещё чего-то, и человек уходит в это, как будто это вся его цель. Я не хочу умалять важность изучения грамматики, нахва, сарфа и других наук, или, например, таджвида, где человек копается в том, сколько харакатов. Я не умаляю важность этого. Но это не должно стать твоей целью, пределом твоего поиска и устремлений.
Поэтому, говорит шейх Ибн ‘Усаймин, мы говорим: если человек не подвергается воздействию увещевания, пусть знает, что в его сердце есть чёрствость. Если бы сердце было мягкое, он бы чувствовал эту мягкость.
Слова «кто мой отец?» Шейх Ибн ‘Усаймин объясняет так: некоторые порочили честь этого человека касательно его происхождения. И он захотел, чтобы именно Пророк ﷺ сам разъяснил людям, чтобы потом со стороны никого не было никаких намёков: чтобы сам Посланник Аллаха ﷺ разъяснил, кто его отец. Потому что слова Посланника Аллаха ﷺ — самый крепкий довод в его пользу.
Аллах говорит:
لَا تَسْأَلُوا عَنْ أَشْيَاءَ إِنْ تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ
— «Не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, то огорчат вас». Аль-хамду ли-Ллях, отец этого человека оказался тот самый, кому его и приписывали.
Как сказала его мать:
أَأَمِنْتَ أَنْ تَكُونَ أُمُّكَ قَدْ قَارَفَتْ بَعْضَ مَا تُقَارِفُ نِسَاءُ أَهْلِ الْجَاهِلِيَّةِ
— «Откуда тебе знать? А вдруг твоя мать во времена джахилии (الْجَاهِلِيَّة) совершила грех, который совершали женщины во времена джахилии, и ты бы опозорил меня? И что хорошего было бы потом?» Не спрашивайте о вещах, которые откроются вам: они огорчат вас. А другой, когда спросил, где он и куда войдёт, что он получил в ответ?
Вопрос: касается ли этот аят шариатских постановлений или он касается обычных вещей, которые происходят между людьми? Шейх Ибн ‘Усаймин говорит, что видится: эти слова, «не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, огорчат вас», — о вещах обычных, которые происходят между людьми. Например, дошло до тебя или возникло у тебя подозрение, сомнение в отношении какого-то человека, какого-то брата, и ты говоришь: надо задать вопрос, надо выяснить. Мы говорим тебе: не надо, не спрашивай, не выясняй. Потому что, может быть, если откроется для тебя всё, как есть на самом деле, это тебя огорчит.
Или, например, тебе кто-то сказал, что такой-то, наверное, злословит про тебя, и ты непременно хочешь выяснить, говорил ли он про тебя. Не выясняй, не спрашивай. Почему? Потому что это приведёт к вражде между тобой и братом. Даже если до тебя дошло сообщение об этом, и ты убеждён, что так оно и есть, — постарайся всё равно найти ему оправдание, какое-то объяснение его словам. Почему он это сказал? Чтобы не было в твоём сердце чего-то против твоего брата, против твоих братьев-мусульман. Сколько людей исполняют эти заветы учёных, которые почерпнуты, конечно, из Корана и Сунны? Как правило, люди поступают наоборот. Поэтому понятно, что этот аят касается вопросов обычных, которые происходят между людьми.
А касается ли он шариатских хукмов? Если мы скажем, что он касается шариатских хукмов, тогда возникает загвоздка, говорит шейх Ибн ‘Усаймин. Какая загвоздка? Сказано же: «не спрашивайте». А в то же время у нас есть аят:
فَسْـَٔلُوٓا۟ أَهْلَ ٱلذِّكْرِ إِن كُنتُمْ لَا تَعْلَمُونَ
— «спрашивайте людей знания, если вы не знаете» (Ан-Нахль, 16:43). Получается, что обязанность человека — спрашивать обо всех вещах, которые для него неизвестны в религии, если он в них нуждается. Но это очень важно: если он в них нуждается, если это важные для него вопросы, которые касаются его. Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит: если ты сомневаешься в том, что Мы ниспослали тебе,
فَسْـَٔلِ ٱلَّذِينَ يَقْرَءُونَ ٱلْكِتَٰبَ مِن قَبْلِكَ
— спроси у тех, которые читают Писание до тебя (Юнус, 10:94).
Поэтому человек в вопросах религии, важных для него, должен, конечно, спрашивать. Что касается другого: самое большое преступление против мусульман совершает тот, кто спрашивает о чём-то, что не было запрещено, и из-за его вопроса это становится запрещённым. Это было актуально при жизни Пророка ﷺ, потому что тогда ещё ниспосылалось откровение. Но уже не после смерти, потому что всё уже установлено, религия уже завершена, и не может быть так, что какая-то вещь, о которой умолчал Пророк ﷺ, будет открыта потом, после его смерти.
Что Аллах оставил молчанием, то и остаётся тем, о чём Аллах умолчал. Во времена Пророка ﷺ могло быть так: если Аллах умолчал о чём-то, то из-за вопроса могло быть ниспослано запрещение. Поэтому, если Аллах умолчал, то и нужно было молчать и не спрашивать об этом.
Поэтому, подытоживает шейх Ибн ‘Усаймин, это запрет, который есть в аяте: «не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, огорчат вас». Этот запрет не касается только времён ниспослания откровения, он общий. Но Аллах разъясняет, что если спросят о вещах во времена, когда откровение не ниспосылалось, то эти вещи могли открыться людям через откровение и стать известными, даже если это простые вещи. То есть: не спрашивайте о вещах, которые, если откроются вам, огорчат вас. А если спросите о них, они будут ниспосланы в Коране и откроются для вас.
Касается ли это шариатских вопросов или обычных вещей, связанных с человеком и его взаимоотношениями с кем-то? Касается и того, и другого. Но что касается отношений между людьми, обычных вещей, связанных с человеком, то это актуально и в наши дни тоже. Не доискиваться, не выискивать, потому что может открыться такое, что тебя огорчит, испортит отношения с кем-то и так далее. Это не приведёт к благому. Во времена Пророка ﷺ спрашивать об этих вещах было опаснее. Почему? Потому что тогда откровение посылалось, и человек, если спрашивал Пророка ﷺ об этих вещах, мог открыть для себя что-то, что его огорчит. Кто мой отец, например, или где я? Такие вопросы. Это вопросы обычного плана.
Вопросы шариатских хукмов спрашивать о них… Во времена Пророка ﷺ можно было спрашивать только о вещах, которые непосредственно касаются человека и с ним случились. В остальных вещах многочисленные вопросы порицались. Почему? Потому что из-за вопроса человека откровением могло быть ниспослано что-то, что не запрещено, и оно стало бы запрещённым; что-то, что не обязательно, могло стать обязательным.
В наши дни, если человек — искатель знания, он задаёт полезные вопросы, касающиеся религии, о вещах, которые случаются с людьми, и узнаёт об этом. Это хорошо.
Ещё кто спрашивает? Тот, кого непосредственно касается какой-то вопрос его религии, — он тоже спрашивает об этом.
Задавать религиозные вопросы можно. Да, можно, но это должны быть полезные вопросы. Мы вчера с вами говорили о тех вопросах, которые порицаются: это всякие заковыристые, ненужные вопросы, в которых копание, какие-то усложнения и так далее.
Опять же, может быть, какой-то простой человек, который не является искателем знания, ему задают вопросы о каких-то вещах в религии, которые вообще к нему не имеют никакого отношения и не могут иметь никакого отношения. Это то же самое, что от него не требуется.
Но это для тех, кто получает знание и изучает знания. В наше время по идее не может быть так, что что-то станет харамом, что не было харамом, потому что откровение уже не ниспосылается.
Но ущемление людей может произойти, когда кто-то начинает давить на учёного и выжимать из него нужный ему ответ. Тогда может так быть, что то, что не было харамом, станет харамом: людей загоняют в угол, и шейх может сказать какие-то слова, которые будут поняты людьми как запрещение этого. И тогда задавший вопрос становится причиной затруднения для людей — это и есть некая форма того, о чём здесь сказано.
Дальше шейх Ибн ‘Усаймин говорит об одном явлении: некоторые истолковывают этот аят неправильно.
Например, когда человеку говорят: «Ты знаешь, эта вещь — харам. Вот эти финансовые взаимоотношения или бизнес, который ты ведёшь, — это харам». Поэтому задай вопрос, спроси, выясни: по всей видимости, то, что ты делаешь, — харам. Или говорят ему: то, чем ты занимаешься со своей семьёй, — это харам, узнайте, спросите. Или говорят человеку: ты знаешь, что действие, которое ты совершаешь в намазе или совершил, делает намаз недействительным? Узнай, спроси и так далее.
И на это тебе отвечают аятом: «Не спрашивайте о вещах, о которых, если вы узнаете, они огорчат вас» (Аль-Маида, 5:101). Аят — не об этом совсем.
Говорить так — харам, это не разрешается. Если действительно обозначилось в уме человека, что какая-то вещь — ваджиб (الْوَاجِب), то есть обязательна, — и у него самого возникло такое понимание, или кто-то ему указал, что это ваджиб, — он не может отмахнуться и сказать: «Я не буду спрашивать, зачем мне лишние проблемы, не знаю, что такое ваджиб». Нет, ты обязан спросить.
Или возникает у тебя в уме, что какая-то вещь — харам: сам ты к этому пришёл или кто-то тебе указал, что это, возможно, харам. Ты обязан спросить, чтобы у тебя было знание и понимание. Это не является доискиванием до вещей, которых Аллах умолчал: это разъяснено в религии, просто ты не знаешь. А не знаешь — тогда ты обязан спросить.
О вещи, которая ещё не случилась, — спрашивать о ней или не спрашивать? Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: если у человека реально есть основания думать, что это с ним случится, — не просто «может быть, когда-нибудь», а действительно всё указывает на то, что это вот-вот случится, — в таком случае человек спрашивает, задаёт вопрос.
Если же он не ожидает, что это случится, то от него не требуется спрашивать. Не требуется. Потому что получение шариатского знания на таком высоком уровне — это фард кифая (فَرْضُ كِفَايَة), то есть коллективная обязанность. Если есть уляма в какой-то земле, то для других не обязательно узнавать о каких-то вещах, в которых они не нуждаются.
Если, конечно, человек нуждается в этом: например, он сам занимается торговлей, каким-то бизнесом, — тогда он должен изучить этот вопрос. Или он богатый человек, который должен платить закят (الزَّكَاة), — он должен изучить, как платить закят, даже если есть знающие люди, которые это знают помимо него.
Ещё раз о вещах, которые не случились. Мы говорим: люди делятся на две категории.
Первая — это обладатели знания или искатели знания. Вторые — простые люди. От всех не требуется глубокое постижение всех аспектов фикха (الْفِقْه). Если ты простой человек, и это тебя не касается, и не ожидается, что это тебя коснётся, тогда и не спрашиваешь об этом.
Если это тебя касается, тогда спрашиваешь. Обладатели знания — их непосредственно это не касается, но они узнают об этом, потому что это случается с другими. А если это какая-то вещь из области фантастики, гипотетическая вещь, то и им не нужно докапываться до вещей, которых нет и не ожидается. Если вдруг на землю спустятся марсиане и что-то там сделают, или завтра вдруг что-то случится и начнутся фантастические предположения — до этого докапываться и доискиваться не нужно. Даже талиб аль-ильм не должен этого делать. Но о вещах, которые не происходят, — пусть не с ним — талиб аль-ильм узнает, потому что это нужно ему для того, чтобы объяснять людям и отвечать на их вопросы.
Следующая версия: от Ибн Шихаба.
Версия хадиса
[٦١٢١] ١٣٦ — (…) وحَدَّثَنِي حَرْمَلَةُ بْنُ يَحْيَى بْنِ عَبْدِ اللهِ بْنِ حَرْمَلَةَ بْنِ عِمْرَانَ التُّجِيبِيُّ، أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ، أَخْبَرَنِي يُونُسُ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ، أَخْبَرَنِي أَنَسُ بْنُ مَالِكٍ، أَنَّ رَسُولَ اللهِ ﷺ، خَرَجَ حِينَ زَاغَتِ الشَّمْسُ، فَصَلَّى لَهُمْ صَلَاةَ الظُّهْرِ، فَلَمَّا سَلَّمَ قَامَ عَلَى الْمِنْبَرِ، فَذَكَرَ السَّاعَةَ، وَذَكَرَ أَنَّ قَبْلَهَا أُمُورًا عِظَامًا، ثُمَّ قَالَ: «مَنْ أَحَبَّ أَنْ يَسْأَلَنِي عَنْ شَيْءٍ فَلْيَسْأَلْنِي عَنْهُ، فَوَاللهِ لَا تَسْأَلُونَنِي عَنْ شَيْءٍ إِلَّا أَخْبَرْتُكُمْ بِهِ، مَا دُمْتُ فِي مَقَامِي هَذَا». قَالَ أَنَسُ بْنُ مَالِكٍ: فَأَكْثَرَ النَّاسُ الْبُكَاءَ حِينَ سَمِعُوا ذَلِكَ مِنْ رَسُولِ اللهِ ﷺ، وَأَكْثَرَ رَسُولُ اللهِ ﷺ أَنْ يَقُولَ: «سَلُونِي» فَقَامَ عَبْدُ اللهِ بْنُ حُذَافَةَ فَقَالَ: مَنْ أَبِي؟ يَا رَسُولَ اللهِ قَالَ: «أَبُوكَ حُذَافَةُ» فَلَمَّا أَكْثَرَ رَسُولُ اللهِ ﷺ مِنْ أَنْ يَقُولَ: «سَلُونِي» بَرَكَ عُمَرُ فَقَالَ: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ رَسُولًا، قَالَ فَسَكَتَ رَسُولُ اللهِ ﷺ حِينَ قَالَ عُمَرُ ذَلِكَ، ثُمَّ قَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ: «أَوْلَى، وَالَّذِي نَفْسُ مُحَمَّدٍ بِيَدِهِ لَقَدْ عُرِضَتْ عَلَيَّ الْجَنَّةُ وَالنَّارُ آنِفًا، فِي عُرْضِ هَذَا الْحَائِطِ، فَلَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ». قَالَ ابْنُ شِهَابٍ: أَخْبَرَنِي عُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ، قَالَ: قَالَتْ أُمُّ عَبْدِ اللهِ بْنِ حُذَافَةَ، لِعَبْدِ اللهِ بْنِ حُذَافَةَ: مَا سَمِعْتُ بِابْنٍ قَطُّ أَعَقَّ مِنْكَ؟ أَأَمِنْتَ أَنْ تَكُونَ أُمُّكَ قَدْ قَارَفَتْ بَعْضَ مَا تُقَارِفُ نِسَاءُ أَهْلِ الْجَاهِلِيَّةِ، فَتَفْضَحَهَا عَلَى أَعْيُنِ النَّاسِ؟ قَالَ عَبْدُ اللهِ بْنُ حُذَافَةَ: وَاللهِ لَوْ أَلْحَقَنِي بِعَبْدٍ أَسْوَدَ لَلَحِقْتُهُ.
От Анаса ибн Малика: Посланник Аллаха ﷺ вышел, когда солнце отклонилось от середины неба, и совершил для них намаз зухр. Когда он закончил намаз, он поднялся на минбар, упомянул Час и то, что перед ним будут великие события. Потом сказал: «Кто хочет спросить меня о чём-то, пусть спрашивает. Клянусь Аллахом, о чём бы вы меня ни спросили сейчас, я непременно сообщу вам об этом, пока я стою на этом моём месте». Анас ибн Малик сказал: люди стали сильно плакать, услышав эти слова, а Посланник Аллаха ﷺ стал много повторять: «Спрашивайте меня». Поднялся ‘Абдуллах ибн Хузафа и спросил: «Кто мой отец, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Твой отец — Хузафа». Когда Посланник Аллаха ﷺ стал много повторять «спрашивайте», ‘Умар опустился на колени и сказал: «Мы довольны Аллахом как Господом, Исламом как религией и Мухаммадом как посланником». Тогда Посланник Аллаха ﷺ замолчал. Потом сказал Посланник Аллаха ﷺ: «О горе! Клянусь тем, в чьей руке душа Мухаммада, мне только что показали Рай и ад в стороне этой стены. Я не видел подобного сегодняшнему дню — в добре и зле». Ибн Шихаб сказал: мне сообщил ‘Убайдуллах ибн ‘Абдуллах ибн ‘Утба, что мать ‘Абдуллаха ибн Хузафы сказала ему: «Я никогда не слышала, чтобы был сын более непочтительный, чем ты! Разве ты был обезопасен от того, что твоя мать могла совершить то, что совершали некоторые женщины в джахилии, и таким образом ты бы опозорил её перед людьми?» Он сказал: «Клянусь Аллахом, если бы он отнёс меня в качестве сына к чёрному рабу, то я бы отнёс себя к нему, то есть к этому отцу».
Иснад
Говорит имам Муслим:
وحَدَّثَنِي حَرْمَلَةُ بْنُ يَحْيَى بْنِ عَبْدِ اللهِ بْنِ حَرْمَلَةَ بْنِ عِمْرَانَ التُّجِيبِيُّ
— «рассказал мне Хармаля ибн Яхья ибн ‘Абдуллах ибн Хармаля ибн ‘Имран ат-Туджиби»; أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ — «сообщил нам Ибн Вахб»; أَخْبَرَنِي يُونُسُ — «сообщил мне Юнус».
Здесь, в этой версии, Ибн Шихаб передаёт: عَنِ ابْنِ شِهَابٍ — «от Ибн Шихаба». Ибн Шихаб — это Мухаммад ибн Муслим ибн Шихаб. Он говорит: أَخْبَرَنِي أَنَسُ بْنُ مَالِكٍ — «сообщил мне Анас ибн Малик». Здесь уже Ибн Шихаб передаёт от Анаса ибн Малика. До этого кто передавал Анасу ибн Малику? Его сын.
Дальше:
قَالَ ابْنُ شِهَابٍ: أَخْبَرَنِي عُبَيْدُ اللهِ بْنُ عَبْدِ اللهِ بْنِ عُتْبَةَ
— «сказал Ибн Шихаб: сообщил мне ‘Убайдуллах ибн ‘Абдуллах ибн ‘Утба», один из семи факихов Медины, год смерти — 94-й.
Разъяснение
Здесь нужно обратить внимание на одну важную вещь. Пророк ﷺ сказал: «Спрашивайте меня, я отвечу на любой вопрос, который вы зададите мне, пока я на этом моём месте».
Это указывает на то, что Пророк ﷺ не отвечает от себя: он не знает гайб (الْغَيْب), не знает сокровенного. Аллах, Пречист Он и Возвышен, обещал ему, что пока он стоит на этом месте, на минбаре, — в этот промежуток времени любой вопрос, который поступит к нему от людей, получит ответ через откровение. То есть из всех скрытых, неизвестных вещей, если о них спросят, Пророку ﷺ будет дано знание. А когда он сойдёт с этого места, всё закончится. Это разъяснение от Аллаха, Пречист Он и Возвышен, о том, как Пророк ﷺ отвечал на эти вопросы.
Важно понимать, на какой период времени было это уведомление ответов на вопросы — пока он стоит на минбаре. Здесь подчёркнуто: «пока я здесь стою». Это указывает на то, что Пророк ﷺ сам по себе в любое время не знал сокровенного, а в этот промежуток времени ему было открыто уведомление об ответах на эти вопросы. Как только он сойдёт с минбара, это закончится.
Это уведомление, это сообщение: «Я буду отвечать на любой вопрос, о котором вы меня спросите, пока я на этом минбаре». Это было своего рода порицанием со стороны Пророка ﷺ, упрёком людям за то, что они задают так много вопросов.
И люди стали сильно плакать, когда Пророк ﷺ сказал им эти слова. Причина в том, что они поняли и испугались: Пророк ﷺ говорит, зачем вы спрашиваете меня, ведь вообще-то это было запрещено. Это упрёк им из-за гнева Пророка ﷺ на них, поэтому люди испугались и стали плакать. И بَرَكَ عُمَرُ — ‘Умар опустился на колени (сел на колени)[18].
Пророк ﷺ успокоился и сказал: أَوْلَى — «ауля». У «ауля» два значения, или даже больше. «Ауля» может быть угрозой, словами угрозы — то, что по-русски звучит как «о горе, о горе», как угроза[19]. В Коране такое значение встречается: أَوْلَىٰ لَكَ فَأَوْلَىٰ — «горе тебе, и горе тебе» (Аль-Кийама, 75:34). Как будто Пророк ﷺ предупреждает людей: горе вам, вы можете быть наказаны за это упорство в ваших вопросах, за то, что задаёте многочисленные ненужные вопросы.
А может быть, «ауля» в арабском языке означает побуждение, как в словах Аллаха, Пречист Он и Возвышен:
فَأَوْلَىٰ لَهُمْ طَاعَةٌۭ وَقَوْلٌۭ مَّعْرُوفٌۭ
— «А почему бы им не подчиниться Аллаху и говорить благие слова?» (Мухаммад, 47:20–21).
Слова Пророка ﷺ в этом хадисе понимаются так, как будто он говорит: лучше бы вам, вместо того чтобы задавать ненужные многочисленные вопросы, сказать так, как сказал ‘Умар. Оба смысла здесь на самом деле уместны.
Но некоторые говорят, что всё-таки второе понимание ближе. Потому что Пророк ﷺ сказал эти слова уже после того, как успокоился его гнев, — после того как ‘Умар произнёс свои слова.
Потом Пророк ﷺ сказал: «Я увидел зрелище, которого никогда не видел, — из добра и зла». Что такое «ард» или «урд»? Это слово فِي عُرْضِ هَذَا الْحَائِطِ — в стороне этой стены или посередине её: Пророк ﷺ увидел Рай и ад.
Мать ‘Абдуллаха ибн Хузафы сказала: «Я не слышала, чтобы был сын более непочтительный, чем ты». Слово أَعَقَّ («а‘кк») — это форма превосходной степени, то есть «более непочтительного сына, у кого было бы столько укука (الْعُقُوق), как у тебя». Укук — это непослушание родителям, непочтение, непослушание родителей; это называется укук аль-валидайн.
Люди стали много плакать, когда услышали эти слова Пророка ﷺ. Во-первых, потому что испугались: они вызвали гнев Пророка ﷺ своими многочисленными вопросами. А если кто-то прогневил Посланника Аллаха ﷺ или досаждает ему, то ему грозит мучительное и большое наказание. Поэтому они стали плакать, боясь. Это одна причина.
А ещё причина может быть в том, что Пророк ﷺ сказал так: он обычно запрещал вопросы, а здесь сказал «спрашивайте меня» и рассказал о великих событиях, которые наступают перед Судным днём, о предвестиях Часа. Это может указывать на то, что это последние мгновения Пророка ﷺ, что они скоро попрощаются с Посланником Аллаха ﷺ, и поэтому стали плакать.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) говорит: то, что здесь сказано, — Пророк ﷺ говорит: «Я отвечу на все вопросы, пока стою на этом своём месте».
Учёные объясняют: это указывает на то, что в этот промежуток времени Пророку ﷺ было ниспослано откровение. Иначе откуда бы Пророк ﷺ знал скрытые вещи, если не через уведомления от Аллаха, Пречист Он и Возвышен?[20]
И дальше он приводит слова аль-Кади: слова Пророка ﷺ سَلُونِي — «Спрашивайте меня» — всё указывает на то, что это было произнесено в гневе, из-за гнева Пророка ﷺ. Потому что в другой версии сказано: спросили Пророка ﷺ о вещах, которые ему не нравились; когда его стали много спрашивать, он разгневался и сказал: «Салюни», «спрашивайте меня».[21]
То, что ‘Умар (да будет доволен им Аллах) опустился на колени, сел на колени, — он сделал это, во-первых, проявляя благопристойность и почтительность к Посланнику Аллаха ﷺ. Во-вторых, из-за серьёзности положения, проявляя сочувствие и жалость к мусульманам, чтобы они не обидели Пророка ﷺ и не погибли из-за этого.
А смысл его слов «мы довольны Аллахом как Господом» таков: мы довольны тем, что у нас есть — Книга Аллаха, ниспосланная нам, и Сунна нашего Пророка ﷺ.
И нам достаточно этого: нет нужды в этих вопросах и расспросах, в Коране и Сунне — самая полная достаточность. Вот почему ‘Умар произносит эти слова, говорит ан-Навави (да помилует его Аллах)[22]. Это то, о чём мы с вами говорили сегодня в начале урока.
Ан-Навави разъясняет причину вопроса этого человека: некоторые люди порочили его происхождение, как это было принято в эпоху джахилии.
Из признаков джахилии — порочить происхождение: когда человека причисляют не к его отцу или говорят, что его род такой, а его племя такое. Это джахилия. Этот человек тоже: некоторые люди, в которых ещё не ушла джахилия, так его порочили, его происхождение.
Другая версия, которая дальше будет, — там это разъясняется: كَانَ يُلَاحَى — «С ним спорили о его происхождении, приписывая его не к его отцу».
Говорит шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах): имам аль-Бухари зачастую приводит один и тот же хадис во многих местах своего сборника. Бывает, что один и тот же хадис есть в одной главе и в другой главе, и думаешь, что этот хадис уже был. Был. Но приводится какая-то другая его часть: где-то полностью, где-то часть, с другим иснадом.
Имам аль-Бухари так делает потому, что его книга — не просто сборник хадисов, это учебник по религии: по акыде (عَقِيدَة) и по фикху. Поэтому главы озаглавлены так, с выводом из доводов. И этот же хадис приведён у него в главе «Время зухра (الظُّهْر) наступает, когда происходит зауаль (الزَّوَال)».[23]
Что такое зауаль? Зауаль — это отход солнца от середины неба в сторону запада. Солнце поднимается с востока и заходит на западе. Оно идёт по своему пути по небу, пока не доходит до середины пути, а потом начинает понемногу склоняться к западу. Как только солнце доходит до середины и начинает склоняться к западу — это начало его склонения, и это начало времени намаза аз-зухр.
Это можно понять так: поставь шест — пусть это будет даже ручка или палка. Когда восходит солнце, тень от этого шеста длинная. Чем выше поднимается солнце, тем короче становится тень, короче и короче, пока не станет самой короткой, а потом она начинает расти опять. Этот момент начала роста тени, из-за того что солнце перевалилось за середину неба, — это время начала намаза аз-зухр.
И этот хадис, который здесь приводится, содержит доказательство на время намаза аз-зухр. Сказано: خَرَجَ حِينَ زَاغَتِ الشَّمْسُ — «когда солнце отклонилось от середины неба», — то есть вышел и совершил намаз аз-зухр. Потом приводится этот хадис: сказано, что Пророк ﷺ упомянул Судный Час и وَذَكَرَ أَنَّ قَبْلَهَا أُمُورًا عِظَامًا — великие события, которые будут перед Судным днём.
Возможно, Пророк ﷺ просто сказал, что перед Судным днём будут великие, страшные события, не упомянув, какие именно. А может быть, Пророк ﷺ упомянул подробности, просто передача хадиса об этом не рассказывает.
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: это уточнение — «пока я стою на этом месте» — как кость в горле тех людей, которые говорят, что Пророк ﷺ знал гайб, знал сокровенное в любое время и всегда. Мы говорим: Аллах, Пречист Он и Возвышен, в этот момент открыл ему что-то из знания о сокровенном. Только в этот момент, потому что Пророк ﷺ уточняет: пока я здесь стою, а не потом и не всегда, — спрашивайте, и получите ответ, пока я стою на этом своём месте.
Дальше: «И люди стали много плакать». Аллах лучше знает, но всё указывает на то, что они поняли: эти слова Пророка ﷺ — «о чём бы вы меня ни спросили, вы получите ответ» — были сказаны из-за того, что он испугался, что их многочисленные вопросы идут из-за сомнений. А если есть сомнения в истинности Пророка ﷺ и в религии, с которой он пришёл, — это причина для нисхождения наказания на них. Поэтому Пророк ﷺ и захотел потребовать от них, чтобы они спрашивали обо всём, что хотят, чтобы он сообщил им ответ.
Чтобы стало ясно: если у кого-то есть сомнения — а сомнение это гибель, — пусть спрашивают, о чём хотят, и он ответит, чтобы стало ясно, что он — посланник истины от Аллаха, которому ниспосылается откровение.
Люди испугались. Как будто они хотели сказать: «Нет у нас сомнений. Ты и есть посланник Аллаха». И ‘Умар выразил то, что они думали, своими словами.
А может быть, говорит шейх Ибн ‘Усаймин, они плакали потому, что если бы они в этот момент спросили о чём-то, что касается вечной жизни, Пророк ﷺ сообщил бы им об этом, а это было бы для них очень тяжело.
Один человек — мы уже говорили — спросил: «Где я?» Ему ответили: «Ты в аду». А‘узу би-Ллях! Затем поднялся ‘Абдуллах ибн Хузафа ас-Сахми и сказал: «Кто мой отец?» — «Твой отец — Хузафа».
Шейх Ибн ‘Усаймин разъясняет: он слышал от людей такие вещи, которые не подобают, что его отец — это не его отец, и так далее. Поэтому он задал вопрос, чтобы для всех людей стало ясно, что его отец — вот этот самый, известный им Хузафа.
Умар опустился на колени: بَرَكَ عُمَرُ. То есть, возможно, до этого он, например, сидел, скрестив ноги, или в каком-то другом положении, но сел на колени.
На что это указывает, когда человек на коленях? Это указывает на то, что он находится в готовности, в состоянии собранности, напряжённости. Особенно если он ещё и вытянулся, поднял свою спину и говорит громким голосом.
Умар громким голосом сказал: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا — «Мы довольны Аллахом как Господом». То есть, если мы довольны Аллахом как Господом, мы довольны Его религиозными постановлениями и Его бытийными постановлениями и решениями.
Довольны. Все. Не надо нам лишних вопросов. «И Исламом как религией». Ислам имеет два значения: значение общее и значение частное. Общий Ислам в широком смысле — это религия всех пророков и посланников, религия Аллаха на небесах и на земле.
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: Ислам в общем смысле — это предание себя Аллаху посредством выполнения того, что Он установил. В каждом Шариате, соответственно, свои установления. Например, те, которые следовали за Исой (мир ему), когда Шариатом был Шариат Исы (мир ему), про них говорится, что они были мусульманами, но следовали Шариату Исы (мир ему). Всевышний Аллах говорит:
قَالَ ٱلْحَوَارِيُّونَ نَحْنُ أَنصَارُ ٱللَّهِ ءَامَنَّا بِٱللَّهِ وَٱشْهَدْ بِأَنَّا مُسْلِمُونَ
— «Сказали апостолы: мы помощники Аллаха, мы уверовали в Аллаха, засвидетельствуй, что мы мусульмане» (Аль-Имран, 3:52). То есть мы исповедуем Ислам — предание себя через Таухид, выполнение Шариата. В то время — Шариат Исы (мир ему).
يَٰقَوْمِ إِن كُنتُمْ ءَامَنتُم بِٱللَّهِ فَعَلَيْهِ تَوَكَّلُوٓا۟ إِن كُنتُم مُّسْلِمِينَ
— Муса (мир ему) говорит своему народу: «О мой народ! Если вы веруете в Аллаха, то уповайте на Него одного, если вы мусульмане» (Юнус, 10:84).
وَوَصَّىٰ بِهَآ إِبْرَٰهِۦمُ بَنِيهِ وَيَعْقُوبُ يَٰبَنِىَّ إِنَّ ٱللَّهَ ٱصْطَفَىٰ لَكُمُ ٱلدِّينَ فَلَا تَمُوتُنَّ إِلَّا وَأَنتُم مُّسْلِمُونَ
— Ибрахим (мир ему) и Якуб (мир ему) завещали эти слова своим сыновьям: «О сыновья мои! Поистине, Аллах избрал для вас религию, так умирайте же не иначе, как мусульманами» (Аль-Бакара, 2:132).
Царица Савская сказала:
رَبِّ إِنِّى ظَلَمْتُ نَفْسِى وَأَسْلَمْتُ مَعَ سُلَيْمَٰنَ لِلَّهِ رَبِّ ٱلْعَٰلَمِينَ
— «Господь мой! Я совершила несправедливость в отношении себя, и я предалась вместе с Сулейманом Аллаху, Господу миров» (Ан-Намль, 27:44). Предалась Аллаху, Господу миров, — то есть Ислам. Вхожу в Ислам, предание себя Аллаху. То есть религия всех пророков — это Ислам.
В каждое время — свой Шариат. У каждого пророка, посланника — то, что ниспослано в его время из Шариата. А после прихода Мухаммада ﷺ сегодня Исламом может называться только тот Шариат, который ниспослан Мухаммаду ﷺ.
То есть, если кто-то сегодня исповедует, поклоняется Аллаху согласно Шариату Мусы (мир ему) или Исы (мир ему), то он уже не является мусульманином. В то время — времена Мусы (мир ему) — да. Сегодня — нет. Сегодня, как бы, объединяется Ислам в широком смысле и Ислам в смысле названия Шариата.
Шариат Мухаммада ﷺ называется Исламом. То есть после прихода Мухаммада ﷺ Ислам имеет вот этот особый смысл. Это Шариат нашего Пророка ﷺ и никакой другой. Всякая другая религия — Аллах ею недоволен, доволен только Исламом сегодня, то есть Шариатом Мухаммада ﷺ, — тот, кто его исповедует, последовал за ним как религией.
وَمَن يَبْتَغِ غَيْرَ ٱلْإِسْلَٰمِ دِينًۭا فَلَن يُقْبَلَ مِنْهُ
— «Кто последует (кто хочет) иной религии, кроме Ислама, от него не будет принято» (Аль-Имран, 3:85).
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: некоторые слабые люди, которые хотят как-то угодить иудеям и христианам, говорят им: «Ваша религия тоже — небесная религия, тоже правильная религия, небесная религия».
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: да, религия небесная. То есть вначале была небесная религия, когда ниспосылалась Исе (мир ему), ниспосылалась Мусе (мир ему). Но то, что есть сегодня, в этом есть искажения, изменения, подмена.
То, что у них есть сегодня, то, что у них на руках из остатков Писания, — там есть искажение, подмена, изменения, внесённые людьми. Это, во-первых.
Во-вторых, даже если не изменено, всё равно установления, которые там есть, если они не согласуются с нашим Шариатом, — они уже аннулированы. Поэтому не принимаются Аллахом, если кто-то будет поклоняться Аллаху в соответствии с ними.
С приходом Мухаммада ﷺ все предшествующие шариаты аннулированы и упразднены. Значит, единственная небесная религия сегодня — та религия, которой доволен Аллах, это религия Ислам.
Дальше — слова Пророка ﷺ: «Показаны мне были Рай и ад недавно» —
عُرِضَتْ عَلَيَّ الْجَنَّةُ وَالنَّارُ آنِفًا، فِي عُرْضِ هَذَا الْحَائِطِ
— в стороне вот этой стены. То есть показано было Аллахом, Пречист Он и Возвышен. Мы должны в это верить так, как услышали. Никто не должен говорить: «Как это так?» На стене показан Пророку ﷺ Рай. Мы же посмотрим на эту стену — там ничего не увидим.
Или наоборот — ад. Или как Рай может быть показан на стене, если его ширина — небеса и земля?[24] Как может быть огонь на стене, если огонь находится где?
Ад находится в Асфале, в самом низу, в самом-самом низу находится адский огонь. Задавать такие вопросы и приводить такие возражения нельзя, потому что нам об этом сообщил Посланник Аллаха ﷺ. А если он сообщил, то мы должны сказать: услышали, и поверили, и уверовали, и приняли на веру, постигают ли это наши рассудки или не постигают.
Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: как мы, например, можем видеть на экране телевизора самолёт. Самолёт огромный, но мы можем видеть его на экране телевизора. Или люди, например. А сегодня, говорит шейх Ибн ‘Усаймин, уже есть такие маленькие телевизоры, совершенно как ладонь, и там можно видеть многие вещи внутри этих телевизоров.
То, что на больших экранах, сейчас можно увидеть и на маленьком экране. Человек может какую-то большую вещь при помощи телевизора показать на маленьком экране, что-то говорить о Создателе, о могуществе Создателя.
Поэтому нет проблемы в том, что Пророку ﷺ был показан в стороне стены Рай или показан ад. Мы должны в это веровать и не задаваться какими-то вопросами. Шейх Ибн ‘Усаймин говорит: то, что мы говорим, — что на экране мы можем увидеть большую вещь, и так далее, — мы это говорим не для того, чтобы сравнивать то, что было у Пророка ﷺ, то, что он видел, с тем, что мы видим на экране. Нет, это просто мы говорим для приближения понимания, для наглядности, чтобы было понятно, но не для сравнения, конечно.
Как, например, Пророк ﷺ сказал:
إِنَّكُمْ سَتَرَوْنَ رَبَّكُمْ كَمَا تَرَوْنَ هَذَا القَمَرَ
— «Вы увидите вашего Господа, как видите вот эту луну в ночь полнолуния».[25] Это что, сравнение? Нет, это не сравнение Аллаха с луной — не дай Аллах, потому что нет ничего подобного Ему (Аш-Шура, 42:11).[26] Это для того, чтобы мы могли понять, насколько будет реально наглядным видение Аллаха, — как мы воочию видим луну, наглядно видим месяц, ночь полнолуния.
Версия хадиса
[٦١٢٣] ١٣٧ — (…) حَدَّثَنَا يُوسُفُ بْنُ حَمَّادٍ الْمَعْنِيُّ، حَدَّثَنَا عَبْدُ الْأَعْلَى، عَنْ سَعِيدٍ، عَنْ قَتَادَةَ، عَنْ أَنَسِ بْنِ مَالِكٍ، أَنَّ النَّاسَ سَأَلُوا نَبِيَّ اللهِ ﷺ حَتَّى أَحْفَوْهُ بِالْمَسْأَلَةِ، فَخَرَجَ ذَاتَ يَوْمٍ فَصَعِدَ الْمِنْبَرَ، فَقَالَ: «سَلُونِي، لَا تَسْأَلُونِي عَنْ شَيْءٍ إِلَّا بَيَّنْتُهُ لَكُمْ» فَلَمَّا سَمِعَ ذَلِكَ الْقَوْمُ أَرَمُّوا وَرَهِبُوا أَنْ يَكُونَ بَيْنَ يَدَيْ أَمْرٍ قَدْ حَضَرَ. قَالَ أَنَسٌ: فَجَعَلْتُ أَلْتَفِتُ يَمِينًا وَشِمَالًا، فَإِذَا كُلُّ رَجُلٍ لَافٌّ رَأْسَهُ فِي ثَوْبِهِ يَبْكِي، فَأَنْشَأَ رَجُلٌ مِنَ الْمَسْجِدِ، كَانَ يُلَاحَى فَيُدْعَى لِغَيْرِ أَبِيهِ، فَقَالَ: يَا نَبِيَّ اللهِ مَنْ أَبِي؟ قَالَ: «أَبُوكَ حُذَافَةُ» ثُمَّ أَنْشَأَ عُمَرُ بْنُ الْخَطَّابِ رَضِيَ اللهُ عَنْهُ، فَقَالَ: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ رَسُولًا، عَائِذًا بِاللهِ مِنْ سُوءِ الْفِتَنِ، فَقَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ: «لَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ قَطُّ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ، إِنِّي صُوِّرَتْ لِي الْجَنَّةُ وَالنَّارُ، فَرَأَيْتُهُمَا دُونَ هَذَا الْحَائِطِ».
Анас ибн Малик сказал: люди стали много спрашивать Посланника Аллаха ﷺ, так что стали донимать его вопросами. И однажды он вышел, поднялся на минбар и сказал: «Спрашивайте меня! О чём бы вы меня ни спросили, я вам это разъясню». Когда люди услышали это, они замолчали и испугались, что, может быть, они находятся перед каким-то событием, которое уже наступило. Анас сказал: я стал смотреть направо и налево, и каждый мужчина прижимал голову к своей одежде и плакал. Тогда поднялся человек из мечети, с которым спорили и которого приписывали не к его отцу, и спросил: «О Пророк Аллаха, кто мой отец?» Пророк ﷺ сказал: «Твой отец — Хузафа». Затем поднялся ‘Умар ибн аль-Хаттаб (да будет доволен им Аллах) и сказал: «Мы довольны Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как посланником», — прибегая к Аллаху от зла смут. И Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Я никогда не видел такого дня ни в добре, ни во зле. Мне показали Рай и ад, и я увидел их ближе, чем эта стена».
Иснад
Говорит имам Муслим: حَدَّثَنَا يُوسُفُ بْنُ حَمَّادٍ الْمَعْنِيُّ — «рассказал нам Юсуф ибн Хаммад аль-Ма‘ни»; حَدَّثَنَا عَبْدُ الْأَعْلَى — «рассказал нам ‘Абд аль-А‘ля».
Здесь дальше приводится иснад: عَنْ سَعِيدٍ — «от Са‘ида», Са‘ид ибн Аби ‘Аруба Михран аль-Басри передаёт عَنْ قَتَادَةَ — «от Катады».
Это версия кого уже? Катады. До этого у нас было: Муса, сын Анаса, передавал этот хадис от Анаса. Дальше — Ибн Шихаб аз-Зухри передавал. Здесь сказано: Са‘ид ибн Аби ‘Аруба передаёт от Катады, а Катада передаёт от Анаса ибн Малика: عَنْ أَنَسِ بْنِ مَالِكٍ — «от Анаса ибн Малика».
Разъяснение
Когда люди услышали это, сказано «арамму» — то есть они замолчали, и
وَرَهِبُوا أَنْ يَكُونَ بَيْنَ يَدَيْ أَمْرٍ قَدْ حَضَرَ
— испугались, что, может быть, они находятся перед каким-то событием великим, которое уже наступило.
Анас: فَجَعَلْتُ أَلْتَفِتُ يَمِينًا وَشِمَالًا — «я стал смотреть направо и налево», то есть на людей. Оказалось, что каждый мужчина, присутствующий, сидел, опустив голову, прижав её к своей одежде, и плакал: كُلُّ رَجُلٍ لَافٌّ رَأْسَهُ فِي ثَوْبِهِ يَبْكِي.
И тогда начал говорить некий человек в мечети:
فَأَنْشَأَ رَجُلٌ مِنَ الْمَسْجِدِ، كَانَ يُلَاحَى فَيُدْعَى لِغَيْرِ أَبِيهِ
— с которым спорили люди, приписывая его не к его отцу.
Потом начал говорить Умар ибн аль-Хаттаб: رَضِينَا بِاللهِ رَبًّا، وَبِالْإِسْلَامِ دِينًا، وَبِمُحَمَّدٍ رَسُولًا — «Мы довольны Аллахом как Господом, Исламом как религией, Мухаммадом как посланником». Прибегаем к Аллаху от зла, от искушений, смут: عَائِذًا بِاللهِ مِنْ سُوءِ الْفِتَنِ.
Потом Посланник Аллаха ﷺ сказал: لَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ قَطُّ فِي الْخَيْرِ وَالشَّرِّ — не в один из дней никогда я ещё не видел такого добра и такого зла, какое увидел сегодня. Представлены мне были Рай и ад, и я увидел их в стороне этой стены, то есть ближе, чем эта стена:
إِنِّي صُوِّرَتْ لِي الْجَنَّةُ وَالنَّارُ، فَرَأَيْتُهُمَا دُونَ هَذَا الْحَائِطِ
.О чём бы вы меня ни спросили, я вам это разъясню — то есть это будет мне открыто в откровении Аллахом.
Что такое «арамму»? أَرَمُّوا — глагол, который означает «замолчали», происходит от слова «марамма» الْمَرَمَّة. «Марамма» — это губы: когда человек прижимает верхнюю губу к нижней и замолкает. Поэтому глагол звучит как «арамму» — то есть замолчали, сжав губы.[27]
Вот это «фа-иза»: فَإِذَا كُلُّ رَجُلٍ — это называется «калима аль-муфаджа’а», слово, указывающее на неожиданность, то есть «вдруг», то, что мы называем «вдруг».
Оказалось, то есть вдруг оказалось, что каждый человек сидел, «лаффун ра’сыху», — прижав свою голову к одежде, закрыв её одеждой, и плакал.
И начал говорить один человек, ‘Абдуллах ибн Хузафа, которого «юляха» يُلَاحَى — то есть с ним спорили, оспаривали его происхождение.[28] «Юд‘а» — приписывали его, «юнсаб» — приписывали не к его отцу: فَيُدْعَى لِغَيْرِ أَبِيهِ. То есть говорили: «О сын такого-то!» вместо того, чтобы назвать имя его настоящего отца.
Ответ на этот вопрос Пророк ﷺ получил через откровение от Аллаха: отец — Хузафа. И сказано, что люди стали плакать, замолчали, их охватили ужас и страх — что, может быть, они находятся сейчас перед каким-то страшным событием, которое уже настало.
Некоторые учёные говорят, что одна из причин в том, что они подумали, что скоро умрёт Пророк ﷺ, то есть что случится страшное: что умрёт Посланник Аллаха ﷺ и что близка разлука с ним.
Из выводов ещё этого хадиса: в проповедях, поскольку души склонны к стремлению к наслаждениям, к ублажению своих страстей и так далее, — то произносятся в проповедях зачастую вещи, которые устрашают людей. Как хороший врач, он лечит недуг обратным.
Если у людей есть такая расслабленность, привязанность к мирской жизни, и бизнес у них идёт хорошо, и денег много, и семья, дети, — он забывает про аль-Ахыру, предаётся страстям, наслаждениям, удовольствиям.
Очень уместно напомнить людям о тех великих событиях, которые скоро случатся с тобой. Поверьте: эта мирская жизнь отключится, как отключают телевизор — просто выключили, и всё. Так вот эта земная жизнь в один миг просто отключат, и всё. Как говорит ‘Умар: земная жизнь — это как сон на самом деле, когда человек умирает, то просыпается.[29]
Следующий вывод из этого хадиса: указание на то, что следует покрывать мусульман и их грехи, не следует усложнять для мусульман и не следует копаться в каких-то вещах, которые не случились.
Дальше, хадис указывает на то, насколько внимательны были сподвижники в отношении состояния Пророка ﷺ. Они чувствовали, что Пророк ﷺ гневается, и их охватывал страх. Хадис указывает на то, как сильно они боялись, когда гневался Пророк ﷺ, — опасались, что этот гнев обернётся наказанием для всех.
Дальше, хадис указывает нам на достоинство ‘Умара и на то, как близок он был к Пророку ﷺ. Он произнёс эти важные, уместные, мудрые слова — и успокоился гнев Пророка ﷺ.
Дальше, хадис указывает нам на то, что при произнесении каких-то увещеваний может быть гнев у того, кто произносит увещевание, если он видит причину для этого: например, люди стали небрежны к выполнению приказов Аллаха, легковесно относятся к нарушениям, запретам Аллаха и так далее. Может быть гнев во время проповеди, во время увещевания.
Дальше, хадис указывает на то, что ученик может сидеть на коленях перед учителем, от которого он получает религиозное знание.
Дальше, хадис указывает на то, что следует просить защиту от смут, от искушений, от фитны — от фитны явной и скрытой.[30] Как это сделал ‘Умар здесь, особенно если есть какие-то предпосылки, какие-то косвенные обстоятельства, которые указывают на опасность этой фитны. ‘Умар сказал: عَائِذًا بِاللهِ مِنْ سُوءِ الْفِتَنِ — прибегаем к Аллаху от зла фитны.
Дальше, хадис указывает на то, что запрещается задавать многочисленные вопросы и спрашивать о вещах, которых в реальности нет. То, о чём мы уже говорили, — разъясняли подробности этого.
❖ Хадис № 2360 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٦١٢٥] ١٣٨ — (٢٣٦٠) حَدَّثَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ بَرَّادٍ الْأَشْعَرِيُّ، وَمُحَمَّدُ بْنُ الْعَلَاءِ الْهَمْدَانِيُّ، قَالَا: حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ، عَنْ بُرَيْدٍ، عَنْ أَبِي بُرْدَةَ، عَنْ أَبِي مُوسَى، قَالَ: سُئِلَ النَّبِيُّ ﷺ، عَنْ أَشْيَاءَ كَرِهَهَا، فَلَمَّا أُكْثِرَ عَلَيْهِ غَضِبَ، ثُمَّ قَالَ لِلنَّاسِ: «سَلُونِي عَمَّ شِئْتُمْ» فَقَالَ رَجُلٌ: مَنْ أَبِي؟ قَالَ: «أَبُوكَ حُذَافَةُ» فَقَامَ آخَرُ فَقَالَ: مَنْ أَبِي؟ يَا رَسُولَ اللهِ قَالَ: «أَبُوكَ سَالِمٌ مَوْلَى شَيْبَةَ»، فَلَمَّا رَأَى عُمَرُ مَا فِي وَجْهِ رَسُولِ اللهِ ﷺ مِنَ الْغَضَبِ قَالَ: يَا رَسُولَ اللهِ إِنَّا نَتُوبُ إِلَى اللهِ. وَفِي رِوَايَةِ أَبِي كُرَيْبٍ قَالَ: مَنْ أَبِي؟ يَا رَسُولَ اللهِ قَالَ: «أَبُوكَ سَالِمٌ مَوْلَى شَيْبَةَ».
Абу Муса сказал: спросили Посланника Аллаха ﷺ о каких-то вещах, которые ему не понравились. Когда много стали спрашивать его, он разгневался. Потом сказал людям: «Спрашивайте меня, о чём хотите». Один человек спросил: «Кто мой отец?» — «Твой отец — Хузафа». Поднялся другой человек и сказал: «О Посланник Аллаха! Кто мой отец?» — «Твой отец — Салим, мауля Шайбы». Когда Умар увидел гнев на лице Посланника Аллаха ﷺ, он сказал: «О Посланник Аллаха! Поистине, мы каемся перед Аллахом». А в версии Абу Курайба: «Кто мой отец, о Посланник Аллаха?» Он сказал: «Твой отец — Салим, мауля Шайбы».
Иснад
Говорит имам Муслим: حَدَّثَنَا عَبْدُ اللهِ بْنُ بَرَّادٍ الْأَشْعَرِيُّ — «рассказал нам ‘Абдуллах ибн Баррад аль-Аш‘ари», аль-Куфи, и وَمُحَمَّدُ بْنُ الْعَلَاءِ الْهَمْدَانِيُّ — «и Мухаммад ибн аль-‘Ала аль-Хамдани», аль-Куфи.
Оба сказали: قَالَا: حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ — «рассказал Абу Усама». Абу Усама — это Хаммад ибн Усама ибн Зайд, аль-Куфи.
عَنْ بُرَيْدٍ — «от Бурайда». Бурайд ибн ‘Абдуллах ибн Абу Бурда ибн Абу Муса аль-Аш‘ари, аль-Куфи. Умер он между 140-м и 150-м годами, как мы говорили.
عَنْ أَبِي بُرْدَةَ — «от Абу Бурды». Абу Бурда — это Амир ибн ‘Абдуллах ибн Кайс аль-Аш‘ари, аль-Куфи. Умер в 103-м году.
عَنْ أَبِي مُوسَى — «от Абу Мусы». Абу Муса, радыя-Ллаху ‘анху, сподвижник Посланника Аллаха ﷺ, — ‘Абдуллах ибн Кайс аль-Аш‘ари. Умер в сороковых годах: сорок второй год называется, сорок четвёртый год.
Разъяснение
Сказал некий человек: فَقَالَ رَجُلٌ: مَنْ أَبِي — «Кто мой отец?» Ответил Пророк ﷺ: أَبُوكَ حُذَافَةُ — «Твой отец — Хузафа».
Тогда поднялся другой человек: فَقَامَ آخَرُ — «О Посланник Аллаха, кто мой отец?» — أَبُوكَ سَالِمٌ مَوْلَى شَيْبَةَ — «Твой отец — Салим, мауля Шайбы».
Когда Умар увидел гнев на лице Посланника Аллаха ﷺ:
فَلَمَّا رَأَى عُمَرُ مَا فِي وَجْهِ رَسُولِ اللهِ
— он сказал:إِنَّا نَتُوبُ إِلَى اللهِ — «О Посланник Аллаха! Поистине, мы каемся перед Аллахом».
В версии Абу Курайба сказано:
وَفِي رِوَايَةِ أَبِي كُرَيْبٍ قَالَ: مَنْ أَبِي؟ يَا رَسُولَ اللهِ
— «Кто мой отец, о Посланник Аллаха?» Один передатчик сказал «каля», а другой передатчик сказал «фа каля». Какая разница? Смотрите: قَالَ: مَنْ أَبِي؟ يَا رَسُولَ اللهِ.
Вот из-за этого «фа» имам Муслим приводит ещё одну версию. Вот какая точность передачи хадисов.
И потом кто-то выходит и начинает подвергать сомнению достоверность сунны, её аргументативность как довода, всякие так называемые кураниты, которые появились, и прочее, и прочее. Хизб ут-Тахрир, который там говорит: «мы не берём хадис ахад в ‘акиду» или ещё что-то.
Точность передачи, есть она или нет, по сути на смысл особо не влияет, но и это приводит здесь имам Муслим, да помилует его Аллах. Шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: этот хадис аль-Бухари привёл также в главе, где сказано о том, что не следует делать из многочисленных вопросов и обременения какими-то вещами, из вопросов, которые не касаются человека.[31]
Отношение этого хадиса к главе такое: Посланник Аллаха ﷺ, когда у него много стали спрашивать, разгневался и сказал людям как вызов: سَلُونِي عَمَّ شِئْتُمْ — «Спрашивайте меня, о чём хотите». И стали спрашивать люди. Один спросил: «Кто мой отец?», второй спросил: «Кто мой отец?» Хотя на самом деле в этих вопросах нет пользы.
Что двигало этими людьми — по всей видимости, им что-то говорили по поводу их происхождения от их настоящих отцов, или они хотели взять у Пророка ﷺ подтверждение, что их отцы — это их настоящие отцы.
Но Умар, когда он увидел, что происходит с лицом Пророка ﷺ, понял опасность положения. Он сказал: إِنَّا نَتُوبُ إِلَى اللهِ — «Мы каемся, покаяние приносим перед Аллахом». То есть возвращаемся к Аллаху, Пречист Он и Возвышен, от того, что разгневало Его посланника. Каемся и просим прощения за это.
- Ан-Навави:
أَحْفَى وَأَلْحَفَ وَأَلَحَّ بِمَعْنًى
— то есть они много настаивали и усердствовали. ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
يُرِيدُونَ أَن يُطْفِـُٔوا۟ نُورَ ٱللَّهِ بِأَفْوَٰهِهِمْ وَيَأْبَى ٱللَّهُ إِلَّآ أَن يُتِمَّ نُورَهُۥ وَلَوْ كَرِهَ ٱلْكَٰفِرُونَ
(Ат-Тауба, 9:32). ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
يَٰٓأَيُّهَا ٱلَّذِينَ ءَامَنُوا۟ لَا تَسْـَٔلُوا۟ عَنْ أَشْيَآءَ إِن تُبْدَ لَكُمْ تَسُؤْكُمْ وَإِن تَسْـَٔلُوا۟ عَنْهَا حِينَ يُنَزَّلُ ٱلْقُرْءَانُ تُبْدَ لَكُمْ عَفَا ٱللَّهُ عَنْهَا ۗ وَٱللَّهُ غَفُورٌ حَلِيمٌۭ
(Аль-Маида, 5:101). ↑
- Хадис:
نُهِينَا أَنْ نَسْأَلَ، رَسُولَ اللَّهِ ﷺ عَنْ شَىْءٍ فَكَانَ يُعْجِبُنَا أَنْ يَجِيءَ الرَّجُلُ مِنْ أَهْلِ الْبَادِيَةِ الْعَاقِلُ فَيَسْأَلَهُ وَنَحْنُ نَسْمَعُ
(Муслим (12)). ↑
- Об этом говорилось в 733-м уроке (лекция 733): основа в изучении знания — аяты, хадисы и слова саляфов в понимании учёных, а не заучивание отдельных вопросов. ↑
- Ахмад, «аз-Зухд» (856); ат-Табарани, «аль-Му‘джам аль-кабир» (8666). ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
هُوَ ٱلَّذِى خَلَقَ لَكُم مَّا فِى ٱلْأَرْضِ جَمِيعًۭا ثُمَّ ٱسْتَوَىٰٓ إِلَى ٱلسَّمَآءِ فَسَوَّىٰهُنَّ سَبْعَ سَمَٰوَٰتٍۢ ۚ وَهُوَ بِكُلِّ شَىْءٍ عَلِيمٌۭ
(Аль-Бакара, 2:29). ↑
- Хадис:
فَأَكْثَرَ النَّاسُ البُكَاءَ، وَأَكْثَرَ رَسُولُ اللَّهِ ﷺ أَنْ يَقُولَ: «سَلُونِي»، فَقَالَ أَنَسٌ: فَقَامَ إِلَيْهِ رَجُلٌ فَقَالَ: أَيْنَ مَدْخَلِي يَا رَسُولَ اللَّهِ؟ قَالَ: «النَّارُ
(аль-Бухари (7294)). ↑
- Ан-Навави:
أَنَّ الْجَنَّةَ وَالنَّارَ مَخْلُوقَتَانِ ↑
- Хадис:
وَإِنْ أَصَابَكَ شَيْءٌ، فَلَا تَقُلْ لَوْ أَنِّي فَعَلْتُ كَانَ كَذَا وَكَذَا، وَلَكِنْ قُلْ قَدَرُ اللهِ وَمَا شَاءَ فَعَلَ، فَإِنَّ لَوْ تَفْتَحُ عَمَلَ الشَّيْطَانِ
(Муслим (2664)). ↑
- Ан-Навави, со слов аль-Халиля:
صَوْتٌ فِيهِ غُنَّةٌ
. ↑
- Хадис:
كُلُّ رَجُلٍ لاَفًّا رَأْسَهُ فِي ثَوْبِهِ يَبْكِي» وَقَالَ: «عَائِذًا بِاللَّهِ مِنْ سُوءِ الفِتَنِ
(аль-Бухари (7090)). ↑
- Хадис:
إِذَا تَشَهَّدَ أَحَدُكُمْ فَلْيَسْتَعِذْ بِاللهِ مِنْ أَرْبَعٍ يَقُولُ: اللهُمَّ إِنِّي أَعُوذُ بِكَ مِنْ عَذَابِ جَهَنَّمَ، وَمِنْ عَذَابِ الْقَبْرِ، وَمِنْ فِتْنَةِ الْمَحْيَا وَالْمَمَاتِ، وَمِنْ شَرِّ فِتْنَةِ الْمَسِيحِ الدَّجَّالِ
(Муслим (588)). ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
صِرَٰطَ ٱلَّذِينَ أَنْعَمْتَ عَلَيْهِمْ غَيْرِ ٱلْمَغْضُوبِ عَلَيْهِمْ وَلَا ٱلضَّآلِّينَ
(Аль-Фатиха, 1:7). ↑
- Хадис:
إِنَّ أَعْظَمَ الْمُسْلِمِينَ فِي الْمُسْلِمِينَ جُرْمًا، مَنْ سَأَلَ عَنْ شَيْءٍ لَمْ يُحَرَّمْ عَلَى الْمُسْلِمِينَ، فَحُرِّمَ عَلَيْهِمْ مِنْ أَجْلِ مَسْأَلَتِهِ
(Муслим (2358)). ↑
- Хадис:
إِنِّي رَأَيْتُ الْجَنَّةَ، فَتَنَاوَلْتُ مِنْهَا عُنْقُودًا، وَلَوْ أَخَذْتُهُ لَأَكَلْتُمْ مِنْهُ مَا بَقِيَتِ الدُّنْيَا، وَرَأَيْتُ النَّارَ فَلَمْ أَرَ كَالْيَوْمِ مَنْظَرًا قَطُّ
(Муслим (907)). ↑
- Ан-Навави:
هُوَ بِالْخَاءِ الْمُعْجَمَةِ هَكَذَا هُوَ فِي مُعْظَمِ النُّسَخِ وَلِمُعْظَمِ الرُّوَاةِ وَلِبَعْضِهِمْ بِالْحَاءِ الْمُهْمَلَةِ ↑
- Ан-Навави:
فَإِنَّمَا فَعَلَهُ أَدَبًا وَإِكْرَامًا لِرَسُولِ اللَّهِ ﷺ وَشَفَقَةً عَلَى الْمُسْلِمِينَ لِئَلَّا يُؤْذُوا النَّبِيَّ ﷺ فَيَهْلَكُوا ↑
- Ан-Навави:
أَمَّا لَفْظَةُ أَوْلَى فَهِيَ تَهْدِيدٌ وَوَعِيدٌ ↑
- Ан-Навави:
قَالَ الْعُلَمَاءُ هَذَا الْقَوْلُ مِنْهُ ﷺ مَحْمُولٌ عَلَى أَنَّهُ أُوحِيَ إِلَيْهِ وَإِلَّا فَلَا يَعْلَمُ كُلَّ مَا سُئِلَ عَنْهُ مِنَ الْمُغَيِّبَاتِ إِلَّا بِإِعْلَامِ اللَّهِ تَعَالَى ↑
- Ан-Навави, со слов аль-Кади:
قَالَ الْقَاضِي وَظَاهِرُ الْحَدِيثِ أَنَّ قَوْلَهُ ﷺ سَلُونِي إِنَّمَا كَانَ غَضَبًا ↑
- Ан-Навави:
وَمَعْنَى كَلَامِهِ رَضِينَا بِمَا عِنْدَنَا مِنْ كِتَابِ اللَّهِ تَعَالَى وَسُنَّةِ نَبِيِّنَا مُحَمَّدٍ ﷺ وَاكْتَفَيْنَا بِهِ عَنِ السُّؤَالِ ↑
- Хадис:
خَرَجَ حِينَ زَاغَتِ الشَّمْسُ، فَصَلَّى الظُّهْرَ، فَقَامَ عَلَى المِنْبَرِ، فَذَكَرَ السَّاعَةَ، فَذَكَرَ أَنَّ فِيهَا أُمُورًا عِظَامًا
(аль-Бухари (540)). ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
۞ وَسَارِعُوٓا۟ إِلَىٰ مَغْفِرَةٍۢ مِّن رَّبِّكُمْ وَجَنَّةٍ عَرْضُهَا ٱلسَّمَٰوَٰتُ وَٱلْأَرْضُ أُعِدَّتْ لِلْمُتَّقِينَ
(Аль-Имран, 3:133). ↑
- Хадис:
إِنَّكُمْ سَتَرَوْنَ رَبَّكُمْ كَمَا تَرَوْنَ هَذَا القَمَرَ، لاَ تُضَامُونَ فِي رُؤْيَتِهِ
(аль-Бухари (7434)). ↑
- Аллах, Пречист Он и Возвышен, говорит:
فَاطِرُ ٱلسَّمَٰوَٰتِ وَٱلْأَرْضِ ۚ جَعَلَ لَكُم مِّنْ أَنفُسِكُمْ أَزْوَٰجًۭا وَمِنَ ٱلْأَنْعَٰمِ أَزْوَٰجًۭا ۖ يَذْرَؤُكُمْ فِيهِ ۚ لَيْسَ كَمِثْلِهِۦ شَىْءٌۭ ۖ وَهُوَ ٱلسَّمِيعُ ٱلْبَصِيرُ
(Аш-Шура, 42:11). ↑
- Ан-Навави:
أَرَمُّوا هُوَ بِفَتْحِ الرَّاءِ وَتَشْدِيدِ الْمِيمِ الْمَضْمُومَةِ أَيْ سَكَتُوا وَأَصْلُهُ مِنَ الْمَرَمَّةِ وهي الشفة ↑
- Ан-Навави:
وَالْمُلَاحَاةُ الْمُخَاصَمَةُ وَالسِّبَابُ ↑
- Эти слова известны как слова ‘Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах):
النَّاسُ نِيَامٌ فَإِذَا مَاتُوا انْتَبَهُوا
(ас-Суюты, «ад-Дурар аль-мунтасира» (427); аль-‘Аджлуни, «Кашф аль-хафа» (2795); Ибн Баз, «Маджму‘ фатава» (26/234)). ↑
- Хадис:
تَعَوَّذُوا بِاللهِ مِنَ الْفِتَنِ، مَا ظَهَرَ مِنْهَا وَمَا بَطَنَ
(Муслим (2867)). ↑
- Хадис:
سُئِلَ النَّبِيُّ ﷺ عَنْ أَشْيَاءَ كَرِهَهَا، فَلَمَّا أُكْثِرَ عَلَيْهِ غَضِبَ، ثُمَّ قَالَ لِلنَّاسِ: «سَلُونِي عَمَّا شِئْتُمْ» قَالَ رَجُلٌ: مَنْ أَبِي؟ قَالَ: «أَبُوكَ حُذَافَةُ» فَقَامَ آخَرُ فَقَالَ: مَنْ أَبِي يَا رَسُولَ اللَّهِ؟ فَقَالَ: «أَبُوكَ سَالِمٌ مَوْلَى شَيْبَةَ» فَلَمَّا رَأَى عُمَرُ مَا فِي وَجْهِهِ قَالَ: يَا رَسُولَ اللَّهِ، إِنَّا نَتُوبُ إِلَى اللَّهِ عَزَّ وَجَلَّ
(аль-Бухари (92)). ↑
