Следующую главу ан-Навави (да помилует его Аллах) назвал: بَابُ كَرَاهَةِ قَوْلِ الْإِنْسَانِ خَبُثَتْ نَفْسِي — «Глава о том, что не следует человеку говорить „хабусат нафси“ — „моя душа стала скверной“».
❖ Хадис № 2250 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٥٨٧٨] ١٦ — (٢٢٥٠) حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ، حَدَّثَنَا سُفْيَانُ بْنُ عُيَيْنَةَ، ح وَحَدَّثَنَا أَبُو كُرَيْبٍ مُحَمَّدُ بْنُ الْعَلَاءِ، حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ، كِلَاهُمَا عَنْ هِشَامٍ، عَنْ أَبِيهِ، عَنْ عَائِشَةَ، قَالَتْ: قَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ: «لَا يَقُولَنَّ أَحَدُكُمْ خَبُثَتْ نَفْسِي، وَلَكِنْ لِيَقُلْ لَقِسَتْ نَفْسِي» هَذَا حَدِيثُ أَبِي كُرَيْبٍ وقَالَ: أَبُو بَكْرٍ، عَنِ النَّبِيِّ ﷺ، وَلَمْ يَذْكُرْ «لَكِنْ».
От ‘Аиши (да будет доволен ею Аллах), которая сказала: «Сказал Посланник Аллаха ﷺ: „Пусть никто из вас не говорит: ‹Хабусат нафси› [моя душа стала скверной, мерзкой], но пусть говорит: ‹Лякисат нафси› [моя душа испытывает тяготу, тошноту]“».
Иснад
Говорит имам Муслим: حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ — рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, ‘Абдуллах ибн Мухаммад аль-Куфи, حَدَّثَنَا سُفْيَانُ بْنُ عُيَيْنَةَ — который сказал: рассказал нам Суфьян ибн ‘Уяйна аль-Макки. حَ — это переход к новому иснаду. وَحَدَّثَنَا أَبُو كُرَيْبٍ مُحَمَّدُ بْنُ الْعَلَاءِ — Муслим говорит: рассказал нам Абу Курайб Мухаммад ибн аль-‘Ала’ аль-Хамдани аль-Куфи, умер в 247 году, حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ — который сказал: рассказал нам Абу Усама — Хаммад ибн Усама ибн Зейд аль-Кураши аль-Куфи (حَمَّادُ بْنُ أُسَامَةَ بْنِ زَيْدٍ الْقُرَشِيُّ الْكُوفِيُّ), умер в 201 году хиджры. كِلَاهُمَا عَنْ هِشَامٍ — оба передают от Хишама, Хишама ибн ‘Урвы, عَنْ أَبِيهِ — от его отца, ‘Урвы ибн аз-Зубайра, عَنْ عَائِشَةَ — от ‘Аиши (да будет доволен ею Аллах). Она сказала: قَالَتْ: قَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ — «Сказал Посланник Аллаха ﷺ».
هَذَا حَدِيثُ أَبِي كُرَيْبٍ — «Это хадис Абу Курайба»,
وقَالَ: أَبُو بَكْرٍ، عَنِ النَّبِيِّ ﷺ، وَلَمْ يَذْكُرْ «لَكِنْ»
— «а Абу Бакр сказал: „От Пророка ﷺ“, — и не упомянул „лакин“ [„но“]». То есть в одной из версий этого хадиса нет слова «лакин»: «Пусть никто из вас не говорит: „Хабусат нафси“, пусть говорит: „Лякисат“».
Разъяснение
لَا يَقُولَنَّ أَحَدُكُمْ خَبُثَتْ نَفْسِي — «Пусть никто из вас не говорит: „Хабусат нафси“ [моя душа стала скверной]», وَلَكِنْ لِيَقُلْ لَقِسَتْ نَفْسِي — «но пусть говорит: „Лякисат нафси“ [моя душа испытывает тяготу или тошноту]».
В чём разница между «хабусат» (خَبُثَتْ) и «лякисат» (لَقِسَتْ)? На самом деле «лякиса» — это то же самое. Эти два глагола в принципе могут передавать один и тот же смысл. Но слово «лякиса» не имеет какого-то другого, побочного плохого смысла — в отличие от глагола «хабуса». Когда человек говорит «лякисат нафси», он хочет сказать, что либо он испытывает физическую тошноту, то есть его тошнит, либо ему тошно в том смысле, что тягостно на душе, что у него плохое расположение духа, апатия и так далее. Это слово передаёт такое тяжёлое настроение или состояние.
Сочетание «хабусат нафси» (خَبُثَتْ نَفْسِي) в арабском языке тоже может передавать этот смысл, но оно указывает также и на плохой смысл. «Хубс» (الْخُبْث) — это слово, которое может указывать на скверное, отвратительное, мерзкое: например, на неправильные, отвратительные убеждения, на ложь человека, когда он говорит, на его отвратительные действия, на неприятный зловонный запах или на что-то запрещённое в религии, харам (حَرَام). Глагол «хабуса» (خَبُثَ) и слово «хабис» (خَبِيث) могут применяться в отношении скверных, отрицательных вещей и качеств, связанных со словами, делами, душой или телом. Слово «лякиса» (لَقِسَ), в отличие от этого, указывает на плохое расположение духа, на апатию или — как мы сказали — на физическую тошноту: человека тошнит по каким-то физическим причинам, ему нехорошо, ему дурно. А может быть, человек просто испытывает душевную тяготу: ему на душе тяжело, у него плохое расположение духа.
Пророк ﷺ говорит: «Используйте это слово, а слово „хабуса“ не используйте», потому что оно может иметь второй, плохой смысл, указывающий на отвратительность, на что-то скверное. То есть нужно выбирать подходящее слово, которое передаёт смысл и при этом исключает какое-то плохое, скверное понимание. Конечно, это частный пример, но правило общее, и нам нужно им пользоваться: если выбираешь какую-то фразу, какое-то слово, подбирай хорошее слово, подходящее, которое не может быть понято скверно, не несёт какого-то другого, нехорошего смысла.
Когда человек говорит «хабусат нафси», он имеет в виду, что ему тягостно, нехорошо на душе, либо что он испытывает физическую тошноту. Но в то же время эта фраза, если человек говорит её или кто-то слышит, может внушать и другое понимание: что его душа отвратительная, мерзкая, скверная, как будто человек ругает самого себя, называя себя или свою душу таким мерзким, отвратительным. Поэтому используют такое слово, которое не рождает неправильного, нехорошего смысла. «Лякиса» может означать две вещи: либо человек из-за еды или состояния желудка испытывает тошноту, либо ему тягостно на душе — то есть он испытывает какую-то психологическую тяжесть, грусть, апатию и так далее.
А если человек, как бы укоряя свою душу, говорит ей: «О душа, ты хабиса (خَبِيثَة)»? Следует ли так делать? Нет, не следует, исходя из того, о чём сказано в хадисе: не говорите «хабиса», потому что «хабиса» может означать мерзкое, отвратительное и так далее.
Ан-Навави (да помилует его Аллах), передавая слова знатоков арабского языка, говорит, что «лякисат» и «хабусат» — эти два глагола на самом деле несут один и тот же смысл, то есть передают одинаковое значение. Но Пророк ﷺ сам указал не использовать глагол «хабусат», потому что это название или указание на что-то отвратительное, может быть, на что-то мерзкое. Пророк ﷺ сам научил «адабу» (الْأَدَب) (благопристойности), норме и правилу благопристойности в вопросе «альфаз» (الْأَلْفَاظ) — выражений, которые использует человек: использовать хорошие, приличные выражения с хорошим однозначным смыслом, не указывающим на что-то дурное, и избегать отвратительных слов. И говорят «лякисат»: либо человек испытывает тошноту в физическом плане (غَثَّتْ نَفْسِي), либо он испытывает тяготу психологического плана (ضَاقَتْ نَفْسِي).
У кого-то может возникнуть вопрос. Пророк ﷺ говорит о человеке, который не просыпается утром, поминая Аллаха, не совершает омовения, не совершает намаз:
وإلَّا أصبَحَ خَبيثَ النَّفسِ كَسلانَ
— «…а иначе он встанет утром с душой скверной [хабис], ленивым» (аль-Бухари (1142); Муслим (776)). Получается, что в том хадисе это слово используется в отношении души, а в этом хадисе сказано: «Пусть никто из вас так не говорит». В этом загвоздка.
Уляма объясняют это так: Пророк ﷺ здесь сообщает о качестве другого человека. Не так, чтобы человек говорил о себе: «Хабусат нафси — моя душа стала скверной», — а просто о состоянии другого. Это во-первых. Во-вторых, это не о состоянии какого-то конкретного человека: в общем сказано о человеке, который так просыпается, не поминая Аллаха, и так далее, — о некоем неизвестном человеке, который находится в таком плохом состоянии. Поэтому в данном случае использовать это слово не запрещено, нет препятствий для использования.
Шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: «хабусат нафси» — то же самое, что «лякисат». «Лякисат» значит, что человеку стало тошно, стало дурно. Иногда человека может постичь то, что по-арабски называют «катма» (كَتْمَة): состояние тоски, тяжести, уныния. Для человека мир становится таким узким, и даже человек при этом может не знать причину, почему так тягостно на душе, почему так нехорошо ему, почему мир кажется таким узким. То есть он испытывает некую такую тяготу, такое состояние. И говорит человек: «Хабусат нафси» — «моя душа стала хабиса». Конечно, человек сам может иметь в виду, что ему просто тягостно на душе. Но слово само по себе в то же время носит и неприятный смысл. Поэтому Пророк ﷺ запретил человеку говорить о себе «хабусат нафси» — «моя душа стала хабиса». Пусть говорит «лякисат нафси»: «лякисат» несёт тот же смысл, что и «хабусат», но само слово другое, и оно легче, проще, не несёт плохого смысла наряду с хорошим.
В этом хадисе, говорит шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах), довод на общее правило: нужно избегать «аль-альфаз аль-макруха» (الْأَلْفَاظ الْمَكْرُوهَة) — выражений и слов, которые несут неприятный смысл, и заменять их словами, которые не несут неприятного смысла. Пусть даже вместо этого слова ты используешь другое, несущее тот же смысл: ты подразумеваешь один и тот же смысл, но используешь другое слово — потому что слово, которое человек использует, само слово, может быть причиной изменения смысла. Человек может говорить «хабусат нафси», подразумевая, что его тошнит: «хабиса» — это тошнота, дурнота, или просто скверное состояние, нехорошо, тягостно на душе. Но поскольку у слова есть ещё другое значение, при этом в его мыслях может рождаться и другое значение: «хубс» — мерзость, отвратительность, то, что противоположно благу.
«Нуфус хабиса» — отвратительные, мерзкие души — это души неверующих, да упасёт Аллах. Поэтому не используй такое слово в отношении своей души. Аллах (пречист Он и возвышен) говорит:
يَٰٓأَيُّهَا ٱلَّذِينَ ءَامَنُوٓا۟ إِنَّمَا ٱلْمُشْرِكُونَ نَجَسٌۭ فَلَا يَقْرَبُوا۟ ٱلْمَسْجِدَ ٱلْحَرَامَ بَعْدَ عَامِهِمْ هَٰذَا
— «О вы, которые уверовали! Поистине, язычники, многобожники — «наджас», скверна. Так пусть же они не приближаются к Запретной мечети, Масджид аль-Харам, после этого года» (Ат-Тауба, 9:28). И говорит Аллах (пречист Он и возвышен):
ٱلْخَبِيثَٰتُ لِلْخَبِيثِينَ وَٱلْخَبِيثُونَ لِلْخَبِيثَٰتِ ۖ وَٱلطَّيِّبَٰتُ لِلطَّيِّبِينَ وَٱلطَّيِّبُونَ لِلطَّيِّبَٰتِ ۚ أُو۟لَٰٓئِكَ مُبَرَّءُونَ مِمَّا يَقُولُونَ ۖ لَهُم مَّغْفِرَةٌۭ وَرِزْقٌۭ كَرِيمٌۭ
— «Скверные женщины — для скверных мужчин, скверные мужчины — для скверных женщин. Благие женщины — для благих мужчин, благие мужчины — для благих женщин. Они непричастны к тому, что они говорят [то есть мунафики, лицемеры]. Им — прощение и благородный удел» (Ан-Нур, 24:26).
И Пророк ﷺ, когда хотел войти в отхожее место справить нужду, большую или малую, говорил:
اللَّهُمَّ إِنِّي أَعُوذُ بِكَ مِنَ الْخُبْثِ وَالْخَبَائِثِ
Алла́хумма и́нни а‘у́зу би́ка мина-ль-ху́бси ва-ль-хаба́’иси
— «О Аллах, я прибегаю к Тебе от шайтанов и от зла»1 (Муслим (375); аль-Бухари (142)). То есть слова «хубс», «хабас» указывают на плохой смысл. Как бы то ни было, человеку не следует использовать «аль-альфаз аль-макруха» — слова с неприятным значением, — чтобы передать правильные значения, а нужно заменять их словами, которые приятны для души.
◆ Версия хадиса ◆
[٥٨٧٩] (…) وَحَدَّثَنَاهُ أَبُو كُرَيْبٍ، حَدَّثَنَا أَبُو مُعَاوِيَةَ، بِهَذَا الْإِسْنَادِ.
(Этот хадис с другим иснадом подобен предыдущему.)
◆ ◆ ◆
❖ Хадис № 2251 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٥٨٨٠] ١٧ — (٢٢٥١) وحَدَّثَنِي أَبُو الطَّاهِرِ، وَحَرْمَلَةُ، قَالَا: أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ، أَخْبَرَنِي يُونُسُ، عَنِ ابْنِ شِهَابٍ، عَنْ أَبِي أُمَامَةَ بْنِ سَهْلِ بْنِ حُنَيْفٍ، عَنْ أَبِيهِ، أَنَّ رَسُولَ اللهِ ﷺ قَالَ: «لَا يَقُلْ أَحَدُكُمْ خَبُثَتْ نَفْسِي، وَلْيَقُلْ لَقِسَتْ نَفْسِي».
От Абу Умамы ибн Сахля ибн Хунайфа, от его отца, что Посланник Аллаха ﷺ сказал: «Пусть никто из вас не говорит: ‹Хабусат нафси› [моя душа стала скверной], но пусть говорит: ‹Лякисат нафси› [моя душа испытывает тяготу, тошноту]».
Иснад
وحَدَّثَنِي أَبُو الطَّاهِرِ، وَحَرْمَلَةُ — рассказали мне Абу ат-Тахир, Ахмад ибн ‘Амр ибн Сарх, и Хармаля ибн Яхья, оба аль-Мисри. قَالَا: أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ — они сказали: сообщил нам Ибн Вахб, ‘Абдуллах ибн Вахб, أَخْبَرَنِي يُونُسُ — который сказал: сообщил мне Юнус, Юнус ибн Язид аль-Айли, عَنِ ابْنِ شِهَابٍ — от Ибн Шихаба, عَنْ أَبِي أُمَامَةَ بْنِ سَهْلِ بْنِ حُنَيْفٍ — от Абу Умамы ибн Сахля ибн Хунайфа аль-Ауси аль-Мадани, умер в 100 году хиджры; сообщается, что он видел Пророка ﷺ, но не слышал хадисов Пророка ﷺ, — тогда он был ещё маленьким. عَنْ أَبِيهِ — от его отца, Сахля ибн Хунайфа аль-Ансари аль-Ауси аль-Мадани, умер в 38 году хиджры, участвовал в битве при Бадре. أَنَّ رَسُولَ اللهِ ﷺ قَالَ — что Посланник Аллаха ﷺ сказал.
Разъяснение
لَا يَقُلْ أَحَدُكُمْ خَبُثَتْ نَفْسِي — «Пусть никто из вас не говорит: „Хабусат нафси“ [моя душа стала хабиса]», وَلْيَقُلْ لَقِسَتْ نَفْسِي — «пусть говорит: „Лякисат нафси“». Нужно использовать то слово, которое не несёт какого-то плохого смысла.
Шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: без сомнения, этот хадис из категории «адаб» — благопристойности — чтобы человек не говорил «хабусат нафси» — «моя душа стала хабиса». Потому что помимо того, что было сказано, когда человек относит «хубс» — мерзостность, отвратительность — к своей душе, в этом есть ещё некая форма того, что по-арабски называется «ташаум»: видение злополучия в чём-то, как будто «моя душа — такая злополучная».
А когда Пророк ﷺ в хадисе говорит: «…и он утром оказывается с душой хабис», — это хадис о человеке, который говорит не про себя, а про какого-то другого человека, и это никак не может быть приравнено к тому, когда человек сам относит к себе это состояние. Смысл в том, что человек испытывает какую-то стеснённость, какую-то тяготу, его душа не раскрывается, и следует в таком случае человеку, если он хочет передать своё состояние, сообщить о нём, использовать формулировки, далёкие от допущения плохого, скверного понимания. Вне всякого сомнения, это лучше, говорит шейх Ибн ‘Усаймин.
А так, конечно, само слово «хабас» и глагол «хабуса» используются в разных значениях. Среди них есть плохое значение; есть значение, как здесь, когда подразумеваемое не является плохим, а просто указывает на состояние тяготы. Но слово имеет разные значения и может использоваться и в плохом значении. Как Аллах (пречист Он и возвышен) говорит, например:
وَلَا تَيَمَّمُوا۟ ٱلْخَبِيثَ مِنْهُ
— «Не старайтесь давать [из имущества в качестве садаки и закята] плохое [хабис]» (Аль-Бакара, 2:267). Здесь «хабис» используется в значении «плохой», «скверный». «Плохое» не означает здесь «харам» или «наджаса», а означает плохое в сравнении с хорошим: когда у человека есть имущество и он старается самое плохое из него выдавать в качестве закята или садаки — то, что самому не мило.
Как бы то ни было, этот хадис указывает на то, что человеку нужно остерегаться таких слов, которые могут внушать какой-то смысл, неприятный для души, и вместо них использовать другие слова, которые передают тот же смысл, но не вызывают неприятного.
Если кто-то скажет: Ибн Хаджар (да помилует его Аллах) использует «лякисат» и говорит, что на самом деле это слово имеет такое же значение, что и «хабусат», — как это так? Шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: здесь запрет только на само слово, то есть «адаб», благопристойность, касающаяся слова: чтобы не относить к своей душе «хубс». Потому что «хубс» может указывать на тяготу, на плохое, тяжёлое состояние или тошноту, но при этом может указывать и на мерзость, отвратительность, скверность и так далее. Поэтому не относите это к себе, хоть смысл, как у «лякиса», тоже возможен. Да, иногда у души бывает такая зажатость, такое тяжёлое состояние, когда человек не находит покоя, не раскрывается его душа, его сердце сжато, такая стеснённость, апатия, что человек даже не хочет разговаривать с близкими людьми — не хочет разговаривать ни с сыном, ни с отцом, ему тяжело. Это случается часто. Для освобождения от этого состояния или избежания его есть свои методы: поминание Аллаха, намаз и другие — прибегание к Аллаху, с защитой.
◆ ◆ ◆
Следующую главу ан-Навави (да помилует его Аллах) назвал:
بَابُ اسْتِعْمَالِ الْمِسْكِ وَأَنَّهُ أَطْيَبُ الطِّيبِ وَكَرَاهَةِ رَدِّ الرَّيْحَانِ وَالطِّيبِ
— «Глава об использовании мускуса: мускус — самое лучшее из благовоний; также в этой главе указывается на то, что не следует отказываться от предлагаемого райхана или тиба — благовония».
❖ Хадис № 2252 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٥٨٨١] ١٨ — (٢٢٥٢) حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ، حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ، عَنْ شُعْبَةَ، حَدَّثَنِي خُلَيْدُ بْنُ جَعْفَرٍ، عَنْ أَبِي نَضْرَةَ، عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ، عَنِ النَّبِيِّ ﷺ قَالَ: «كَانَتِ امْرَأَةٌ مِنْ بَنِي إِسْرَائِيلَ، قَصِيرَةٌ تَمْشِي مَعَ امْرَأَتَيْنِ طَوِيلَتَيْنِ، فَاتَّخَذَتْ رِجْلَيْنِ مِنْ خَشَبٍ، وَخَاتَمًا مِنْ ذَهَبٍ مُغْلَقٌ مُطْبَقٌ، ثُمَّ حَشَتْهُ مِسْكًا، وَهُوَ أَطْيَبُ الطِّيبِ، فَمَرَّتْ بَيْنَ الْمَرْأَتَيْنِ، فَلَمْ يَعْرِفُوهَا، فَقَالَتْ بِيَدِهَا هَكَذَا» وَنَفَضَ شُعْبَةُ يَدَهُ.
От Абу Са‘ида аль-Худри, от Пророка ﷺ, который сказал: «Жила некая женщина из бану Исраиль, низкого роста, которая ходила между двумя высокими женщинами. Она сделала себе две деревянные ноги [подставки вроде ходулей или каблуков] и золотой перстень, закрытый, запечатанный. Потом она наполнила его мускусом, а мускус — самое лучшее из благовоний. И она проходила между этими двумя женщинами, и люди не узнали её. И она сделала рукой вот так», — и Шу‘ба взмахнул своей рукой, показывая, как она это сделала.
Иснад
Говорит имам Муслим: حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ — рассказал нам Абу Бакр ибн Абу Шейба, ‘Абдуллах ибн Мухаммад аль-Куфи, حَدَّثَنَا أَبُو أُسَامَةَ — рассказал нам Абу Усама, عَنْ شُعْبَةَ — от Шу‘бы ибн аль-Хаджжаджа, حَدَّثَنِي خُلَيْدُ بْنُ جَعْفَرٍ — который сказал: рассказал мне Хулайд ибн Джа‘фар ибн Тариф аль-Ханафи аль-Басри, عَنْ أَبِي نَضْرَةَ — от Абу Надры — аль-Мунзира ибн Малика ибн Кыта‘а аль-‘Абди аль-‘Ауки аль-Басри, известного по своей кунье Абу Надра, умершего в 108 году хиджры, عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ — от Абу Са‘ида аль-Худри. Абу Са‘ид аль-Худри — Са‘д ибн Малик ибн Синан. عَنِ النَّبِيِّ ﷺ قَالَ — От Пророка ﷺ, который сказал.
Разъяснение
كَانَتِ امْرَأَةٌ مِنْ بَنِي إِسْرَائِيلَ، قَصِيرَةٌ تَمْشِي مَعَ امْرَأَتَيْنِ طَوِيلَتَيْنِ
— «Жила некая женщина из бану Исраиль, низкого роста; она ходила между двумя высокими женщинами». Она хотела не отличаться от тех двух других, и она заимела подставки — ходули или каблуки, приспособление из дерева, которое делало её высокой: فَاتَّخَذَتْ رِجْلَيْنِ مِنْ خَشَبٍ — «…и сделала себе две деревянные ноги». Кроме того, она взяла перстень из золота: خَاتَمًا مِنْ ذَهَبٍ مُغْلَقٌ مُطْبَقٌ — «…золотой перстень, закрытый, запечатанный». Смысл в том, что этот перстень был полым (пустым) внутри и не имел отверстия или выхода, а его полость была заполнена мускусом: ثُمَّ حَشَتْهُ مِسْكًا — «…затем она наполнила его мускусом».
Сказано «мугляк», закрытый, — то есть концы перстня были соединены, скреплены посередине, в месте их соприкосновения было что-то вроде замочка или застёжки, как на дверном запоре. И «мутбак», сказано дальше, — перстень запечатанный: на нём, там, где бывает камень, была как бы вставка, крышечка, которая закрывала его, — как тарелочка. Поэтому сказано: запечатанный, закрытый такой крышечкой. Всё это указывает на то, что перстень был полым внутри: раз она смогла наполнить его мускусом, он был полым.
وَهُوَ أَطْيَبُ الطِّيبِ — «А мускус — самое лучшее из благовоний», — говорит Пророк ﷺ. فَمَرَّتْ بَيْنَ الْمَرْأَتَيْنِ، فَلَمْ يَعْرِفُوهَا — «И она проходила между этими двумя женщинами, и люди не узнали её», فَقَالَتْ بِيَدِهَا هَكَذَا — «и сказала своей рукой вот так». Буквально «сказала рукой», но имеется в виду «сделала»: глагол «каля» — «сказал» — иногда означает «фа‘аля», «сделал». Она махнула рукой, на которой было кольцо, распылив запах мускуса.
◆ Версия хадиса ◆
[٥٨٨٢] ١٩ — (…) حَدَّثَنَا عَمْرٌو النَّاقِدُ، حَدَّثَنَا يَزِيدُ بْنُ هَارُونَ، عَنْ شُعْبَةَ، عَنْ خُلَيْدِ بْنِ جَعْفَرٍ، وَالْمُسْتَمِرِّ، قَالَا: سَمِعْنَا أَبَا نَضْرَةَ، يُحَدِّثُ عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ، أَنَّ رَسُولَ اللهِ ﷺ ذَكَرَ امْرَأَةً مِنْ بَنِي إِسْرَائِيلَ، حَشَتْ خَاتَمَهَا مِسْكًا، وَالْمِسْكُ أَطْيَبُ الطِّيبِ.
От Абу Са‘ида аль-Худри, что Посланник Аллаха ﷺ упомянул некую женщину из бану Исраиль, которая наполнила свой перстень мускусом. А мускус — самое лучшее из благовоний.
Иснад
حَدَّثَنَا عَمْرٌو النَّاقِدُ — рассказал нам ‘Амр ан-Накид, حَدَّثَنَا يَزِيدُ بْنُ هَارُونَ — рассказал нам Язид ибн Харун, عَنْ شُعْبَةَ — от Шу‘бы, عَنْ خُلَيْدِ بْنِ جَعْفَرٍ، وَالْمُسْتَمِرِّ — от Хулайда ибн Джа‘фара и аль-Мустамирра;
قَالَا: سَمِعْنَا أَبَا نَضْرَةَ، يُحَدِّثُ عَنْ أَبِي سَعِيدٍ الْخُدْرِيِّ
— они сказали: «Мы слышали, как Абу Надра рассказывает от Абу Са‘ида аль-Худри»
Разъяснение хадиса и выводы
Из выводов этого хадиса — «тахрим», то есть строгая запрещённость «тамсиля». Что такое «тамсиль» — то, что мы называем театральной постановкой, разыгрыванием человеком какой-то роли, представлением какой-то роли. Некоторые люди видят в этом хадисе указание на запрещённость «тамсиля» как один из доводов на запрещённость театральной постановки или разыгрывания роли, потому что это действие бану Исраиль. Указание здесь в том, что она фактически изображала из себя другую, так что её люди не узнали: изображала из себя какую-то высокую женщину с перстнем, проходила — и люди её не узнали, а она от радости махнула им рукой, так что благовоние коснулось и людей: какая-то часть запаха этого мускуса. Поэтому здесь есть указание на запретность «тамсиля».
Вообще, на самом деле, если изучить шариатские тексты, то есть много указаний на запрещённость этого — изображать из себя кого-то, играть какие-то роли, театральные постановки. Хотя, к сожалению, некоторые мусульмане сегодня стали использовать это, уподобляясь христианам и другим, — даже для призыва: берут двух-трёх человек, снимают какую-то сценку, играют роли: «Ты будешь тем, я — этим, изобразим какую-то сцену ради призыва», — говорят они.
«Лучший путь — путь Мухаммада ﷺ, а худшее из дел — нововведения».2 В том числе в вопросе методов призыва. Нельзя использовать методы, которые не использовал Пророк ﷺ, потому что религия, в том числе и вопрос призыва, — это откровение, в котором мы должны неукоснительно следовать за Пророком ﷺ и его сподвижниками. Никто из них никогда не использовал для призыва театральные постановки, сценки, изображение из себя кого-то. А ведь Пророк ﷺ мог бы назначить: «Ты будешь играть того-то, ты — того-то; разыграем, покажем, призовём людей тем самым ярким методом». Поэтому всякие фильмы, постановки, сценки и так далее — это не метод призыва, это беда, это нововведение, это уподобление предшествующим общинам. Пророк ﷺ не зря сказал: «Вы последуете за теми, кто был до вас, шаг за шагом, пядь за пядью, — так что, даже если они войдут в нору варана, вы тоже войдёте туда».3 Это, к сожалению, и происходит с некоторыми мусульманами.
Ещё в качестве довода уляма называют хадис, который мы разбирали ранее, — о том, как юноша, недавно женившийся, вернулся домой и увидел у себя дома змею. Жена показала ему на эту змею; он убил эту большую змею, и потом его самого тоже убили: оказалось, что это джинн, принявший облик змеи.4 Говорят: разыгрывание кого-то другого, изображение всяких ролей не приводит к добру. Сам этот джинн был убит, и из-за него ещё и юноша был убит.
Следующий вывод из этого хадиса: хадис разъясняет нам некоторые грехи, которые были присущи мужчинам и женщинам из бану Исраиль. Когда в хадисах или в аятах рассказывается о бану Исраиль, как правило, это упоминается для порицания: нас предостерегает Всевышний Аллах, предостерегает Посланник Аллаха ﷺ от повторения того, что совершили они из грехов — если только контекст не указывает, не подчёркивает, что нечто является хорошим и благим. А так, в основе своей, как правило, речь идёт о чём-то порицаемом.
Дальше хадис указывает нам на то, что искушением, «фитной», для бану Исраиль стали женщины; первые искушения у бану Исраиль появились среди женщин. Хадис подчёркивает этот смысл.
Дальше хадис является одним из доводов на запрещённость обмана и очковтирательства, когда человек что-то меняет в своей внешности или добавляет что-то, чтобы ввести людей в заблуждение, показать себя не таким, какой он есть. Например, добавить что-то к своим волосам — шиньон, парик или что-то ещё, прикреплённое к волосам; это запрещено, это называется «васль».5 Прикреплять что-то к волосам запрещено. Или, например, надеть на себя обувь с высоким каблуком, с высокой подошвой, чтобы изобразить из себя высокого человека, мужчину или женщину, чтобы скрыть то, что не нравится человеку в своей внешности, желание внушить людям, что он такой особо красивый, особо совершенный. Это всё запрещено в религии. В данном случае она добавила свой рост при помощи ходуль или высоких каблуков.
И то, что входит в понятие «васль», — это что-то прикреплять к волосам или к чему-то ещё: например, наклеивают искусственные ресницы к своим ресницам, и получаются длинные ресницы. Кто смотрит на женщину, говорит: «О, какие длинные у неё ресницы!» — а на самом деле они не такие. Сюда же многие уляма относят — хотя в этом вопросе есть разногласия — ношение, например, линз без нужды, с целью изменить цвет глаз и показать, что глаза другие: например, у женщины глаза карие, а она хочет показать, что у неё зелёные, или серые, или голубые, и так далее. Это тоже относится к этой категории, и всё это подпадает под запрет.
Дальше из этого хадиса: мускус по-арабски «миск» (الْمِسْك) — самое лучшее благовоние, как говорит здесь Пророк ﷺ, и это указывает на достоинство использования мускуса в качестве благовония, потому что это лучшее из благовоний. Данный хадис содержит порицание в отношении женщины, которая использовала его на улице: на улице она ещё и махала рукой, источая этот аромат, который обоняли посторонние. Поэтому можем сделать вывод, что в этом контексте это запрещено: женщинам на улице запрещено — наряду с другими вещами, которые сделала эта женщина. Но при этом Пророк ﷺ тут же указывает нам: «Мускус — самое лучшее из благовоний». Для чего? Это совершенство хадиса, мудрость и милосердие к нам: чтобы мы, услышав это, не поняли неправильно, что использовать мускус нельзя. Пророк ﷺ делает эту оговорку, чтобы кто-то не подумал, что использование мускуса вообще порицаемо, как другие вещи, которые делала эта женщина: сам по себе мускус — вещь благая; порицаемо её действие, то, как она это делала; но чтобы кто-то не обобщил это правило и не подумал, что мускус относится к порицаемым вещам, как другие вещи, упомянутые в хадисе.
Следующий вывод делают уляма: хадис указывает на то, что кровь является чистой. В этом вопросе есть разногласия, но некоторые приводят это как довод: кровь животного, которое принимается в пищу, не является «наджасой», — потому что мускус делается из крови газели, дикой козы.
Дальше вывод из этого хадиса — удивительно: уляма видят в этом хадисе довод на обязательность веры в предопределение и довольства предопределением Аллаха (пречист Он и возвышен). Что бы тебе ни было предопределено, хорошее или плохое, если это предопределил тебе Аллах, ты проявляешь довольство этим. Вывод отсюда: это женщина, которая была недовольна тем, что у неё такой низкий рост, и так далее; и в этом хадисе есть порицание.
А если у человека ампутировали руку или ногу и он вместо этой ноги или руки использует протез — подпадает ли это под порицание, которое есть в данном хадисе? Нет, не подпадает. Потому что здесь человек не добавил к себе что-то для дополнительного украшения и для внушения большей красоты, чем у него есть: человек просто вернул положение к тому, как оно было до этого, то есть это устранение какого-то нарушения. Поэтому это не запрещено — как, например, когда у человека выпали зубы, и он вставляет себе зубы, делает протез вместо потерянных зубов; в этом нет проблем. Или во времена Пророка ﷺ был аналогичный пример: человеку отрубили нос во время сражения, и он взял протез из серебра, но начало гнить, — и Пророк ﷺ разрешил ему взять протез из золота.6 Поэтому нет проблем. Дальше хадис указывает нам на то, что женщинам разрешено надевать кольца, в том числе и кольца из золота. Потому что проблема здесь была не в том, что она носила золото или кольцо из золота, а в том, что она начинила его мускусом и так далее.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) говорит: мускус, как сказано в хадисе, — лучшее из благовоний; он чистый, не является «наджасой». Его дозволено использовать для умащения тела, для умащения одежды, его можно продавать. В отношении всего этого есть «иджма‘» — единодушие, говорит ан-Навави. От шиитов передаётся неправильное воззрение насчёт мускуса, но доводом против них являются «иджма‘» мусульман и достоверные хадисы, указывающие на то, что Пророк ﷺ и сподвижники использовали мускус. А мускус, говорит он, является исключением из известного правила:
مَا أُبِينَ مِنْ حَيٍّ فَهُوَ مَيْتٌ
— «То, что отрезано от живого существа, — мертвечина».7 Например, если человек говорит: «Что я буду резать всё животное? Отрежу одну ногу, использую для еды, сварю холодец», — что мы скажем на этот счёт? Помимо того, что нельзя мучить животных и так далее, — то, что отрезано от живого существа, какая-то часть, является мертвечиной, а значит, «наджасой» — скверной. А мускус, говорит ан-Навави, является исключением; хадис тоже доказывает это. При чём здесь мускус? Есть свой способ получения натурального мускуса: перевязывают то место, где у этой козы, газели, находится железа, потом за ней гоняют, заставляют её бегать; она пугается, бегает, и там накапливается кровь; потом это высыхает — этот мешочек называется «мускусной крысой» — и отпадает, а мускус оказывается внутри. Получается, что какая-то часть, отпавшая от животного, — из неё вырабатывается мускус. Кто-то может сказать: это часть, отторгнутая от живого существа, и поэтому мертвечина, «наджаса». Ан-Навави говорит: нет, это исключение, хадисы указывают на это. Либо вообще можно сказать, что это не часть животного как таковая, а нечто наподобие плода в утробе, или яйца, или молока: то, что не является отторгнутой частью тела живого существа. Как бы то ни было, мускус чистый, это не «наджаса».
Ан-Навави (да помилует его Аллах) говорит: эта женщина короткого роста использовала две такие ноги из дерева и так прошлась между двумя высокими женщинами, и её не узнали. Постановление здесь такое: если у неё было правильное с точки зрения Шариата намерение — она хотела просто прикрыть себя, чтобы её не узнали, чтобы её не обижали из-за такого короткого роста, — тогда это ничего. А если у неё было намерение показать себя высокой, уподобиться тем, кто красив, высок ростом и так далее, чтобы ввести в заблуждение мужчин, чтобы обмануть, — тогда это харам, говорит он.
Но если она сделала это просто для того, чтобы избежать насмешек в свой адрес, — тогда ничего? Нет, Ва-Ллаху Та‘аля а‘лям, нет, потому что всякое творение Аллаха (пречист Он и возвышен) прекрасно. Если у человека такой рост — это прекрасно. Человек довольствуется этим; если какой-то глупец даже что-то говорит в его адрес, не стоит обращать на это внимание и использовать подобные методы, чтобы как-то избежать обид. Ва-Ллаху Та‘аля а‘лям.
Дальше, по поводу перстня: он из золота — указание на дозволенность ношения женщинами золотых украшений, в том числе и колец. Ва-Ллаху Та‘аля а‘лям. О кольце сказано مُغْلَقٌ مُطْبَقٌ — закрытое: его концы сходились, и там было что-то вроде замочка; «мутбак» — от слова «итбак», когда какая-то вещь закрывается другой вещью: может быть, концы друг на друга нахлёстываются, или, как мы сказали, там, где обычно бывает камень у кольца, было что-то вроде крышки, закрывающей это место. Описание кольца, говорят уляма, указывает на то, что оно было полым внутри, поэтому она и смогла заполнить его мускусом. فَقَالَتْ بِيَدِهَا هَكَذَا — «и сделала своей рукой вот так»: Шу‘ба махнул рукой, чтобы объяснить, какой жест она сделала. Может быть, она так сделала, показывая этим свою радость, что её не узнали из-за того, что она так изменила внешность. Хадис указывает на достоинство мускуса: мускус — лучшее из благовоний, самое лучшее из благовоний.
◆ ◆ ◆
❖ Хадис № 2253 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٥٨٨٣] ٢٠ — (٢٢٥٣) حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ، وَزُهَيْرُ بْنُ حَرْبٍ، كِلَاهُمَا عَنِ الْمُقْرِئِ، قَالَ أَبُو بَكْرٍ: حَدَّثَنَا أَبُو عَبْدِ الرَّحْمَنِ الْمُقْرِئُ، عَنْ سَعِيدِ بْنِ أَبِي أَيُّوبَ، حَدَّثَنِي عُبَيْدُ اللهِ بْنُ أَبِي جَعْفَرٍ، عَنْ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الْأَعْرَجِ، عَنْ أَبِي هُرَيْرَةَ، قَالَ: قَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ: «مَنْ عُرِضَ عَلَيْهِ رَيْحَانٌ فَلَا يَرُدُّهُ، فَإِنَّهُ خَفِيفُ الْمَحْمِلِ طَيِّبُ الرِّيحِ».
От Абу Хурайры, который сказал: «Сказал Посланник Аллаха ﷺ: „Тот, кому предложат райхан, пусть не отвергает его, ибо поистине он лёгок при ношении и имеет благой запах“».
Иснад
Иногда он говорит «рассказал мне», иногда «рассказал нам» — и разница здесь есть. Когда он был один, когда шейх рассказывал ему одному, он говорит «хаддасани» — «рассказал мне». Когда он был в группе людей, он говорит «хаддасана» — «рассказал нам». Использование здесь местоимения множественного числа — не для самовозвеличивания: это не «мы» в значении «мы» для возвеличивания.
حَدَّثَنَا أَبُو بَكْرِ بْنُ أَبِي شَيْبَةَ، وَزُهَيْرُ بْنُ حَرْبٍ
— рассказали нам Абу Бакр ибн Абу Шейба и Зухайр ибн Харб, كِلَاهُمَا عَنِ الْمُقْرِئِ — оба от аль-Мукри;
قَالَ أَبُو بَكْرٍ: حَدَّثَنَا أَبُو عَبْدِ الرَّحْمَنِ الْمُقْرِئُ
— Абу Бакр сказал: рассказал нам Абу ‘Абд ар-Рахман аль-Мукри, ‘Абдуллах ибн Язид аль-Кураши аль-‘Адави аль-Басри: «аль-мукри» — тот, кто обучал Корану, чтению Корана; умер в 213 году хиджры. Более семидесяти лет он обучал людей Корану, чтению Корана, и он относится к шейхам имама аль-Бухари, из его крупных шейхов. عَنْ سَعِيدِ بْنِ أَبِي أَيُّوبَ — от Са‘ида ибн Абу Аййуба, имя отца которого — Микляс, аль-Мисри, حَدَّثَنِي عُبَيْدُ اللهِ بْنُ أَبِي جَعْفَرٍ — который сказал: рассказал мне ‘Убайдуллах ибн Абу Джа‘фар, имя отца которого — Ясар, аль-Мисри, умерший в 132 году хиджры, عَنْ عَبْدِ الرَّحْمَنِ الْأَعْرَجِ — от ‘Абд ар-Рахмана ибн Хурмуза аль-А‘раджа, عَنْ أَبِي هُرَيْرَةَ — от Абу Хурайры, قَالَ: قَالَ رَسُولُ اللهِ ﷺ — который сказал: сказал Посланник Аллаха ﷺ.
Разъяснение
مَنْ عُرِضَ عَلَيْهِ رَيْحَانٌ فَلَا يَرُدُّهُ — «Тот, кому предложат райхан, пусть не отвергает его», فَإِنَّهُ خَفِيفُ الْمَحْمِلِ طَيِّبُ الرِّيحِ — «ибо поистине он лёгок при ношении и имеет благой запах». «Хафиф аль-махмаль» — его легко носить, это не что-то тяжёлое, что тяжело носить: человеку дадут что-то тяжёлое — он откажется. А это лёгкое, имеет благоуханный аромат.
Сказано «райхан» (رَيْحَان). Когда мы говорим «райхан», человек сразу представляет себе базилик, думает, что речь идёт о растении базилик. Здесь имеется в виду вообще какое-то благоуханное растение — пусть это будет базилик или что-то другое, какой-либо райхан, то есть что-то растительного происхождения с хорошим запахом, — либо под «райхан» вообще имеется в виду благовоние. То есть если кому-то предложат благовоние, пусть не отказывается. Есть версии хадиса, где сказано: «Если кому-то предложат благовоние, пусть не отказывается». Пусть не отказывается, особенно если это мускус: мускус, как сказано в хадисе, — самое лучшее из благовоний.
Как мы сказали, первое значение — вообще всякое растение, имеющее приятный аромат; а может иметься в виду вообще «тиб» (الطِّيب) — благовоние: в версии Абу Дауда, ан-Насаи и Ибн Хиббана сказано:
مَن عُرِضَ علَيهِ طيبٌ فلا يرُدَّهُ، فإنَّهُ طيِّبُ الرِّيحِ، خفيفُ المَحملِ
— «Кому будет предложен тиб [благовоние], пусть не отвергает его…» (Абу Дауд (4172); ан-Насаи (5259); Ибн Хиббан (5109); аль-Альбани: достоверный). «Тиб» — более широкое понятие. А в некоторых версиях сказано «райхан», может быть, чтобы указать на то, что речь идёт не только об уже изготовленном благовонии: даже если это просто какое-то растение с приятным запахом, которое тебе дают, — всё равно бери и не отказывайся. «Хафиф аль-махмаль» — «махмаль» наподобие «маджлис»: такая же конструкция слова, имеется в виду «аль-хамль» — ношение: легко носить, это не что-то тяжёлое.
Что касается слова «райхан»: специалисты по арабскому языку и специалисты по «гариб аль-хадис» (غَرِيب الْحَدِيث) — это термин, означающий слова с непонятным, может быть, не для всех понятным, сложным смыслом, — толкуя этот хадис, говорят, что речь идёт о всяком ароматном растении. А может быть, говорят уляма — как аль-Кади ‘Ияд, например, — что речь идёт вообще о всяком благовонии, как было сказано выше. В версии Абу Дауда, ан-Насаи и Ибн Хиббана сказано:
مَن عُرِضَ علَيهِ طيبٌ فلا يرُدَّهُ، فإنَّهُ طيِّبُ الرِّيحِ، خفيفُ المَحملِ
— «Кому будет предложен тиб [благовоние], пусть не отвергает его…» (Абу Дауд (4172); ан-Насаи (5259); Ибн Хиббан (5109); аль-Альбани: достоверный). А в «Сахихе» аль-Бухари есть хадис, где сказано:
أنَّ النَّبيَّ صلَّى اللهُ عليه وسلَّم كان لا يَرُدُّ الطِّيبَ
— «…что Пророк ﷺ не отказывался от благовоний», когда ему предлагали благовоние (аль-Бухари (5929)).8
В этом хадисе указание на то, что не следует отказываться, нежелательно отказываться от райхана, от благовония, если тебе кто-то предлагает, — если только нет какой-то уважительной причины. Если есть извинительная причина — другое дело; а в основе своей не отказываешься.
В тексте хадиса: فَلَا يَرُدُّهُ — «Пусть не отказывается от него». «Ля» здесь — «нагия», частица запрета, и глагол «радда» (رَدَّ) — отвергать что-то — с удвоенной буквой «даль»; здесь он «маджзум» (مَجْزُوم) — усечённый, потому что есть «ля нагия». Просто для специалистов по арабскому языку: если к концу такого глагола — «мудаа‘аф» (مُضَاعَف), то есть с удвоенной последней буквой, — присоединяется местоимение третьего лица, мужского или женского рода, то у них есть разногласия. Некоторые говорят, что нужно обязательно ставить «дамму», если местоимение мужского рода, — «ля йарудду-ху» — как здесь; если женского рода — «фатху»: «руддаха», «лям йаруддаха». Это мнение басрийцев, хотя среди них есть и такие, кто говорит, что можно все три огласовки — и «дамму», и «фатху», и «кясру». Что касается куфийцев, то они говорят, что в данном случае можно использовать все три огласовки, когда присоединяется местоимение «-ху» или «-ха».
Ан-Навави подчёркивает, что всё же самый красноречивый вариант — с «даммой»: «фа ля йарудду-ху».
Шейх Ибн ‘Усаймин (да помилует его Аллах) говорит: эта глава посвящена тому, что не следует отказываться от благовония, если нет уважительной причины, — от райхана, точнее. Райхан — это вид «тиба», вид благовония. И как описал его Пророк ﷺ: خَفِيفُ الْمَحْمِلِ طَيِّبُ الرِّيحِ — «легко носить и имеет благой запах». Пророк ﷺ побудил к тому, чтобы не отказываться, когда тебе это предлагают, и есть хадис от Анаса ибн Малика, что Пророк ﷺ не отказывался от благовоний. Благовоние, без всякого сомнения, раскрывает душу человека, раскрывает сердце, вселяет какую-то радость в сердце, даёт какое-то облегчение душе. На самом деле так: когда человек умастится каким-то благовонием, становится легче, настроение поднимается, и человек, который сидит с ним рядом, тоже радуется.
Поэтому благовония нравились Пророку ﷺ до такой степени, что он сказал:
حُبِّبَ إليَّ من دُنياكم : النِّساءُ و الطِّيبُ، و جُعِلَتْ قُرَّةُ عَيني في الصلاةِ
— «Мне внушена любовь из вашего мира к женщинам и благовониям, а утешением [усладой очей] для моих глаз сделан намаз» (ан-Насаи (3939); Ахмад (14069); аль-Альбани: достоверный). Утешением, радостью, сладостью для Пророка ﷺ был намаз, молитва. Поэтому человеку следует использовать благовония всегда, и это является неким указанием на то, что и душа человека благая. «Тиб» — благовоние, а слово «таййиб» — благой. Если человек любит благовоние, это указывает и на то, что его душа благая, потому что, как сказано в Коране:
وَٱلطَّيِّبَٰتُ لِلطَّيِّبِينَ وَٱلطَّيِّبُونَ لِلطَّيِّبَٰتِ
— «Благие [женщины] — для благих [мужчин], и благие [мужчины] — для благих [женщин]» (Ан-Нур, 24:26). Аллах Сам благой и принимает благое.
Если человеку дарят благовоние, не следует отказываться, потому что Пророк ﷺ не отказывался. Особенно как описал здесь райхан Пророк ﷺ: легко носить, не тяжёлое что-то, и имеет хороший запах. Ничто не мешает тебе принять это: это никак тебе не повредит, и легко носится, и запах приятный. Исключение — когда ты опасаешься, что тот, кто дарит тебе благовоние, потом начнёт говорить об этом в обществе людей: «Я подарил ему благовоние»; или начнёт попрекать тебя в будущем: «Я тебе дарил благовоние, а ты вот так мне воздаёшь, так отблагодарил меня»; или хочет тебя как-то использовать посредством того, что подарил тебе что-то. Если ты опасаешься этих вещей, тогда не принимай этот подарок: потому что сам человек сводит на нет свою награду за то, что подарил, — упрёками, причинением неприятностей и досады. А если приём этого подарка никак тебе не вредит, то тогда самое лучшее, конечно, не отвергать его.
◆ ◆ ◆
❖ Хадис № 2254 ❖
Говорит имам Муслим (да помилует его Аллах):
[٥٨٨٤] ٢١ — (٢٢٥٤) حَدَّثَنِي هَارُونُ بْنُ سَعِيدٍ الْأَيْلِيُّ، وَأَبُو طَاهِرٍ، وَأَحْمَدُ بْنُ عِيسَى، — قَالَ أَحْمَدُ: حَدَّثَنَا، وقَالَ الْآخَرَانِ — أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ، أَخْبَرَنِي مَخْرَمَةُ، عَنْ أَبِيهِ، عَنْ نَافِعٍ، قَالَ: كَانَ ابْنُ عُمَرَ «إِذَا اسْتَجْمَرَ اسْتَجْمَرَ بِالْأَلُوَّةِ، غَيْرَ مُطَرَّاةٍ وَبِكَافُورٍ، يَطْرَحُهُ مَعَ الْأَلُوَّةِ» ثُمَّ قَالَ: «هَكَذَا كَانَ يَسْتَجْمِرُ رَسُولُ اللهِ ﷺ».
От Нафи‘а, который сказал: «Когда Ибн ‘Умар воскурял благовония, он воскурял алювой — неразбавленной, а также камфарой, которую помещал вместе с алювой». Затем он сказал: «Так использовал благовония для окуривания Посланник Аллаха ﷺ».
Иснад
حَدَّثَنِي هَارُونُ بْنُ سَعِيدٍ الْأَيْلِيُّ، وَأَبُو طَاهِرٍ، وَأَحْمَدُ بْنُ عِيسَى
— рассказали мне Харун ибн Са‘ид аль-Айли, Абу ат-Тахир и Ахмад ибн ‘Иса аль-Мисри. قَالَ أَحْمَدُ: حَدَّثَنَا — Ахмад сказал «рассказал нам», وقَالَ الْآخَرَانِ — а двое других сказали «сообщил нам»: أَخْبَرَنَا ابْنُ وَهْبٍ — сообщил нам Ибн Вахб, ‘Абдуллах ибн Вахб, أَخْبَرَنِي مَخْرَمَةُ — который сказал: сообщил мне Махрама ибн Букайр аль-Махзуми аль-Мадани, عَنْ أَبِيهِ — от своего отца, Букайра ибн ‘Абдуллаха ибн аль-Ашаджжа аль-Мадани аль-Мисри, عَنْ نَافِعٍ — от Нафи‘а, вольноотпущенника Ибн ‘Умара, умер в 116 году, قَالَ: كَانَ ابْنُ عُمَرَ — который сказал: «Ибн ‘Умар…».
Разъяснение
إِذَا اسْتَجْمَرَ اسْتَجْمَرَ بِالْأَلُوَّةِ، غَيْرَ مُطَرَّاةٍ وَبِكَافُورٍ، يَطْرَحُهُ مَعَ الْأَلُوَّةِ
— Ибн ‘Умар, если использовал благовоние для окуривания, использовал «алюву» — это уд, то есть нечто наподобие древесины, имеющей хороший запах, когда окуриваешь ею; по-арабски это называется «алюва» (الْأَلُوَّة). Для такого окуривания использовал эту специальную древесину — «бахур» (الْبَخُور). غَيْرَ مُطَرَّاةٍ — чистую, без примесей, — или добавляя камфору: وَبِكَافُورٍ — «и камфарой», которую он помещал вместе с алювой, вместе с самим бахуром. هَكَذَا كَانَ يَسْتَجْمِرُ رَسُولُ اللهِ — «Так использовал благовония для окуривания Посланник Аллаха ﷺ».
Это называется по-арабски «истиджмар». «Истиджмар» — это окуривание: на жаровню или на что-то подобное кладётся пахучее вещество — древесина, бахур, — и появляется приятный дым; им окуривают либо помещение, либо одежду, либо волосы человека: женщина может окуривать волосы, чтобы был приятный запах от волос. Это очень часто используется в мусульманских странах, особенно в арабских: окуривают бахуром, благовониями помещения, дома, одежду, самого себя, волосы. И действительно, долго держится очень приятный аромат. Сказано, что Пророк ﷺ использовал либо сами эти вещи — бахуры, которые по-арабски называются «алюва» (слово персидского происхождения), то есть древесину, — в чистом виде, либо добавлял туда что-то, в частности камфору.
Конечно, эти бахуры, эта древесина для окуривания — вещь очень дорогая: бывают разные цены, и бывает пять тысяч риалов, или десять тысяч, иногда может доходить до пятидесяти тысяч риалов. Иногда её одну кладут на жаровню в чистом виде, без примесей, иногда туда добавляют камфору — и так поступал Пророк ﷺ.
Это не расточительство («исраф»): Пророк ﷺ использовал для умащения себя дорогие благовония. Благовоние — такая вещь, в которой нет «исрафа»: использование хороших, дорогих благовоний не является расточительством. Нет, это не значит, что человек лезет в долги, оказывается в долгах, не имея возможности купить дорогое благовоние, и всё равно берёт в долг, или лишает свою семью пропитания, расходов. Не так. Если у человека есть возможность купить, пусть даже дорогое, это не считается расточительством. Это такое исключение: даже если заплатишь высокую цену за это, имея возможность — не вредя себе, не нарушая своих обязанностей в отношении себя и семьи, потратишь много денег, — в этом нет греха на тебе. Пророк ﷺ любил благовоние и любил, чтобы от него всё время был хороший запах. Из самых лучших благовоний, самое лучшее благовоние Пророка ﷺ — мускус.
Мускус бывает двух видов: «аль-миск аль-ахмар» — красный мускус, и «аль-миск аль-абъяд» — белый мускус. В разных видах мускус существует: бывает в жидком виде, бывает в виде порошка, пудры; Пророк ﷺ использовал его в виде порошка. Бывает и в виде свечки, как парафин, как свеча или как мыло: в таком виде тоже бывает мускус.
Ан-Навави (да помилует его Аллах) говорит: «истиджмар» (الِاسْتِجْمَار) здесь означает использование благовоний и окуривание ими (اسْتِعْمَالُ الطِّيبِ وَالتَّبَخُّرُ بِهِ). Это слово происходит от «миджмар» (الْمِجْمَر), то есть бахура — благовония, которое используется для окуривания. Что касается слова «алюва», то специалисты по арабскому языку и по «гариб аль-хадис» — это те, кто знает сложные слова, — говорят, что это «уд» (الْعُود), то есть древесина, используемая для окуривания. Из специалистов по арабскому языку аль-Асма‘и говорит: «Я считаю, что это слово персидского происхождения, которое подверглось арабизации». Произносится это слово «алюва»: хамза в начале с «фатхой», потом «лям» с «даммой». Это языковой вариант; можно также сделать хамзу не с «фатхой», а с «даммой» и сказать «улюва»: можно сказать «улюва», можно сказать «алюва». غَيْرَ مُطَرَّاةٍ — «гайр мутарра»: что такое «гайр мутарра»? То есть не смешанную с какими-то другими благовониями, в чистом виде. А иногда он добавлял, например, камфору.
В этом хадисе, говорит ан-Навави, указание на желательность использования благовоний, умащения благовониями для мужчин, так же как это желательно для женщин. Для мужчин желательны свои благовония: мужские благовония — это те, у которых есть явный запах, но нет цвета: они не дают цвета, но дают явный запах. Это признак мужского благовония: есть явный запах, но нет явного цвета. У женщин наоборот: цвет есть, но нет какого-то явного запаха.9
Что касается женщин, то если она собралась идти в мечеть или ещё куда-то, ей нельзя использовать благовония, дающие ощутимый запах для окружающих.
Особо желательно для мужчин использование благовония в день «джума» — в пятницу, в день праздника, когда человек идёт на праздничный намаз, когда человек присутствует в каком-то собрании мусульман или в собраниях поминания Аллаха, на уроках религии, получения знаний: в этих собраниях тоже желательно использовать благовоние; или когда человек собирается иметь близость с женой и так далее. То есть это случаи, когда особенно желательно мужчинам использовать благовоние.
1 Ан-Навави пишет:
وَأَمَّا الْخُبُثُ فَبِضَمِّ الْبَاءِ وَإِسْكَانِهَا وَهُمَا وَجْهَانِ مَشْهُورَانِ فِي رِوَايَةِ هَذَا الْحَدِيثِ وَنَقَلَ الْقَاضِي عِيَاضٌ رَحِمَهُ اللَّهُ تَعَالَى أَنَّ أَكْثَرَ رِوَايَاتِ الشُّيُوخِ الْإِسْكَانُ
— «Что касается слова «аль-хубус», то оно произносится и с «даммой» на букве «ба», и с сукуном («аль-хубс»), и это два известных варианта в передаче этого хадиса. Аль-Кади ‘Ияд (да помилует его Аллах) передал, что у большинства шейхов оно передавалось с сукуном». И далее он пишет:
فَإِنَّ الْإِسْكَانَ جَائِزٌ عَلَى سَبِيلِ التَّخْفِيفِ
— «…ведь сукун допустим для облегчения произношения».
2 Хадис:
وخَيرُ الهُدى هُدى مُحَمَّدٍ، وشَرُّ الأُمورِ مُحدَثاتُها
(Муслим (867))
3 Хадис:
لتَتَّبِعُنَّ سَنَنَ مَن كان قَبلَكم شِبرًا بشِبرٍ، وذِراعًا بذِراعٍ، حتى لو دخَلوا جُحرَ ضَبٍّ لدخَلتُموه
(Ахмад (10641); Шу‘айб аль-Арнаут: достоверный)
4 Хадис:
فإذا بحَيَّةٍ عَظيمةٍ مُنطَويةٍ على الفِراشِ، فأهوى إليها بالرُّمحِ فانتَظَمَها به، ثُمَّ خَرَجَ فرَكَزَه في الدَّارِ فاضطَرَبَت عليه، فما يُدرى أيُّهما كان أسرَعَ مَوتًا الحَيَّةُ أمِ الفَتى
(Муслим (2236))
5 Хадис:
لَعَنَ اللهُ الواصِلةَ والمُستَوصِلةَ
(аль-Бухари (5933))
6 Хадис:
قُطِعَ أنفُهُ يومَ الكُلابِ، فاتخذ أَنْفًا من وَرِقٍ، فأَنْتَنَ عليه، فأمره النبيُّ – صلَّى اللهُ عليهِ وسلَّم – أن يَتَّخِذَ أَنْفًا من ذهبٍ
(Абу Дауд (4232); ан-Насаи (5161); аль-Альбани: хороший)
7 Хадис:
ما قُطِعَ مِن البَهيمةِ وهي حيَّةٌ فهي مَيْتةٌ
(Абу Дауд (2858); ат-Тирмизи (1480))
8 Хадис полностью:
أنَّه كان لا يَرُدُّ الطِّيبَ، وزَعَمَ أنَّ النَّبيَّ صلَّى اللهُ عليه وسلَّم كان لا يَرُدُّ الطِّيبَ
— От Анаса ибн Малика (да будет доволен им Аллах): «…он не отказывался от благовоний и говорил, что Пророк ﷺ не отказывался от благовоний» (аль-Бухари (5929)).
Версия хадиса — от Сумамы:
دَخَلتُ عليه فناولَني طيبًا، قال: كان أنَسٌ رَضيَ اللهُ عنه لا يَرُدُّ الطِّيبَ. قال: وزَعَمَ أنَسٌ: أنَّ النَّبيَّ صلَّى اللهُ عليه وسلَّم كان لا يَرُدُّ الطِّيبَ
— «Я пришёл к нему [к Анасу], и он дал мне благовоние. Он сказал: „Анас (да будет доволен им Аллах) не отказывался от благовоний“. И сказал: „Анас говорил, что Пророк ﷺ не отказывался от благовоний“» (аль-Бухари (2582)).
9 Хадис:
طِيبُ الرِّجالِ ما ظهَرَ رِيحُه
(ат-Тирмизи (2787); ан-Насаи (5117))
